- Ваше величество, что вы думаете о той книге, которую дал вам мой повелитель? Только ответьте мне искренне.
Королева посмотрела на него долгим взглядом и сказала:
- Бальдур, мне кажется, что вместо того, чтобы силой оружия и подкупом склонять людей и орков на свою сторону, тебе нужно было подумать о написании такой книги. Она была бы куда более мощным оружием, чем меч в твоей руке.
Король усмехнулся и воскликнул:
- Эвелина, душа моя, тогда от Сильвергрейта не осталось бы ничего. Мне некогда было не то что писать такую мудрую книгу, а даже думать о её написании. Должен ли я рассматривать твои слова, как согласие с тем, что она написана рукой великого человека?
Королева грустно улыбнулась и сказала мужу:
- Ваше величество, не слишком ли вы быстро склоняете голову перед чужой силой? Сначала вы сложили своё оружие пред альтарами с их огромными стальными воинами, а теперь, сначала отрекшись от трона и вернув себе корону чуть ли не униженно выклянчив её, так быстро склонились перед чужой мудростью.
Слова королевы не очень то уязвили самолюбие короля Бальдура. Он строго выпрямился и сказал твёрдым голосом:
- Моя королева, ради своего народа я согласен претерпеть и не такое. Как только я понял, что не смогу победить альтаров, то сразу же принял решение сделать всё возможное, чтобы спасти дело рук своих и хотя Сильвергрейт стал называться провинцией, мои подданные всегда ходили с гордо поднятой головой во всех краях Срединного континента и говорили, что они из Сильвергрейта. Я не испытывал ненависти к альтарам и держал их связанными только потому, что опасался скорого возвращения орков. Поверьте, ваше величество, не случись всё иначе, наутро все они были бы освобождены и я стал бы собирать войска и народное ополчение, но всё случилось совсем по другому. Когда же в зале появился сэр Кир, я был слишком пьян, чтобы вести с ним серьёзный разговор, но хмель быстро слетел с меня, стоило ему только сказать о том, что он требует от меня отречься от престола и присягнуть новому королю первым, чтобы стать его помощником. Ваше величество, разве это было трусостью, малодушием и глупостью в виду явного преимущества твоего соперника в силе вместо того, чтобы биться головой о стену, когда тебе предложено встать на защиту своего народа, принять это предложение? Не знаю каким королём стал бы император Ланион, но я никогда не позволил бы ему разрушить всё то, что было мною построено не взирая ни на какие трудности. К счастью воля Творца Ардфеора была иной и мне вернули и трон, и корону. Однако, любовь моя, я просил тебя о встрече вовсе не за тем, чтобы обсуждать всё это. Сэр Кир просил меня вчера стать начальником штаба армии императора Ланиона, которую возглавит мой давний друг, а впоследствии мой любимый неприятель владыка Ардонадар. Сам он пойдёт в бой против нечестии, как простой солдат, чего, увы, не дано мне, но на меня возлагается очень ответственная задача координировать действия всех военных отрядов. Я дал своё согласие, но только при одном условии, любовь моя. Прежде, чем я заступлю на эту должность, император Ланион должен короновать меня точно так же, как рыцарь Творца Ардфеора короновал его самого. Вчера я имел разговор со всеми шестью королями нашего давнего альянса и предложил им сделать то же самое, пока кто-то другой не выхватил короны из их рук и все, любовь моя, включая твоего благородного отца короля, согласились. Сегодня в полдень состоится церемония посвящения нас в истинные правители. Только такие, душа моя, допускаются на Астриум, чтобы лицезреть светлый лик Творца Ардфеора. Вот я и пришел к тебе, чтобы спросить, согласна ли ты испить из этого кубка после меня? Ты самое чистая в помыслах и добродетельная женщина, какую я только видел когда-либо, но я должен предупредить тебя, что напиток посвящения может убить нас обоих. Зато если мы пройдём с тобой это испытание, то уже никто не сможет оспорить ни одного твоего решения, даже сам император Ланион, ну, а я всегда относился очень серьёзно ко всем твоим советам и ты была для меня все эти годы не только женой, но и помощником, а вместе с этим ещё и самым строгим моим критиком. Хотя я не всегда следовал твоим советам, ты не сможешь укорить меня в том, что они отвергались полностью. Что ты скажешь моя королева? Согласна ли ты, любовь моя, трудиться вместе со мной и нашим бардом-императором, чтобы ввести Адамминен в Золотой круг миров Творца Ардфеора, ведь нами сделано для этого уже так много?
Королева Эвелина впервые видела своего мужа таким. Перед ней сидел не суровый правитель, каким он всегда был, а пылкий юноша влюблённый в неё, да, и сама она, вдруг, ощутила себя юной девушкой, которой так и не дано было влюбиться, как многим другим её сверстницам. Она сделала рукой жест исчезновения и убрала тем самым ту преграду, которая была между ней и возлюбленным, большой обеденный стол, после чего, порывисто вскочив со стула, присела к нему на колени и, прижавшись к его груди воина, тихо шепнула: