Глава тринадцатая.
Всю ночь перед штурмом первой линии укреплений бушевала жуткая буря, наведённая совместными усилиями нескольких сотен дымных магов. Она не только насыпала на плато почти полутораметровый снега, но и плотно утрамбовала его. К тому же во время бури температура воздуха была выше нуля, а под утро ударил двадцатиградусный мороз, отчего образовался крепкий наст. Теперь по нему мог свободно бежать не то что эльф, а даже гном или орк. Однако, довольно жиденькая цепь эльфов, облачённых в тяжелые рыцарские доспехи, несущих на своих плечах длинные лестницы сколоченные из толстых брусьев, сразу же проломила наст и теперь с трудом брела утопая в снегу почти по грудь и потому являла собой весьма удручающее зрелище. К тому же эльфы были закутаны в меха. Во главе каждого отряда из двух десятков эльфов, ощетинившегося длинными копьями, находился командир, который согнувшись стоял на лестнице.
Такой противоестественный для эльфов боевой порядок был предложен королём Бальдуром и владыке Ардонадару пришлось даже сказать несколько слов на высоком языке, чтобы пресечь недовольное ворчание прошедших сотни и тысячи кампаний ветеранов. Тем не менее эльфы не испытывали восторга, превращая свои изящные, серебристо белые доспехи, над которыми уже успели потрудиться маги металла, чтобы превратить их в настоящие произведения искусства, в какой-то металлический кошмар, правда это была сплошная видимость. Они положили себе на плечи лёгкую благодаря магии, хотя и массивную длинную дубовую лестницу, взяли в руки невесомые копья и двинулись вперёд взламывая с помощью магии снег. Отдай им такую команду, и они помчались бы, словно валгатры, но приказ был на этот раз совсем другим, - идти в атаку медленно и уныло, но при этом с точностью до полуметра держать строй. Так они и пошли, вполголоса подшучивая друг над другом.
Было ветрено, но ясно и солнечно, когда эльфы двинулись вперёд подстёгиваемые протяжными, тоскливыми звуками серебряных труб, так что орки увидели их ещё часа за два до того момента, когда они приблизились к их укреплениям на полкилометра. Перед ними снег был не такой глубокий, всего по колено, но эльфы были так утомлены почти десятикилометровым переходом по этому белоснежному болоту, что буквально шатались от усталости. Как того и ожидал король Бальдур, чёрные орки решили воспользоваться этим и послали своих верных нукеров в атаку. Правда, они не ожидали, что их приказ воодушевит сразу всех защитников и те, мухой перелетев через ров, ломанутся всей толпой на врага. Эльфы, посмотрев на остервенело ревущую человеческую лаву, молча бросили лестницы, длинные копья, круто развернулись на месте и задали такого стрекача, что только снежная пыль стояла столбом.
Размахивая арканами и сетями накидками с грузиками на концах, ловко раскручивая над головой боевые дубины, орки помчались в контратаку, а рядом с ними бежали квадратные гномы, рискуя увязнуть в снегу с головой, эльфы и люди. Толпа рабов Амала мигом сделалась монолитной, повинуясь умело наведённым магическим чарам, со дна рва всё ещё поднимался едва заметный дымок, по которому можно было бежать, как по мосту. Истошно вопя, вся эта огромная масса воинов помчалась вслед за улепётывающим во все лопатки врагов никак не реагируя на истошные вопли чёрных магов и приказ немедленно вернуться на стену. Магический приказ дымных магов, помноженный на энергию скованную чёрной волшбой, был намного сильнее и через каких-то двадцать минут погонщики остались без своего быдла, над которым они могли измываться сколько угодно, наедине со своими сомнениями и пока ещё смутными подозрениями.