- Старик, я воин, а не малый ребёнок, чтобы плакать и кричать от боли. Делай своё дело и не бойся, я даже не пошевелюсь. Мне самому интересно посмотреть на то, как ты будешь врачевать мою сломанную ногу. Раз уж ты сказал, что прежним воином мне уже не быть, значит я стану твоим учеником. Может быть как колдун я смогу принести пользу своему племени, ведь теперь, похоже, мне не догнать валгатра.
Колдун, который был не так уж и стар, улыбнулся и сказал:
- Ну, что же, Уруг, хорошему колдуну отвага нужна ничуть не меньше, чем воину, а подчас даже и больше. Я тебя за язык не тянул и ты сам вызвался стать моим учеником, так что смотри, не отрекись от своих слов. В противном случае ты накличешь на себя большую беду. Такими словами нельзя разбрасываться.
После этого Ахорн что-то тихо прошептал и боль оставила моё избитое тело и изломанную ногу. Он очень хорошо сложил мои кости и умело наложил лубки. В ту ночь мне снова приснилась моя Лаара и я невольно застонал. Ахорн, сидевший рядом, наклонился ко мне и услышал, как я произношу её имя. Наутро он спросил меня:
- Уруг, ночью к тебе приходила Лаара?
Я молча кивнул головой и он быстро спросил:
- Что она тебе сказала? Она назвала тебе, отчего умерла?
Мне пришлось задуматься, ведь во сне мы с Лаарой целовались и катались по траве крепко обнявшись. Потом я вспомнил, что она сказала мне между поцелуями и ответил колдуну:
- Она сказала, что у вина был странный вкус.
- Я так и думал. - Мрачно откликнулся Ахорн и, тяжело вздохнув, добавил - Твоему отцу не стоило брать в жены женщину убежавшую из города людей. Как знать, может быть она решила скрыться в горах от каких-то преследователей. Кто знает, что у неё на уме и почему такая богатая беана подалась в наши горы к самым бедным оркам. Наверняка её выбор не был случайным.