Кирилл состроил недовольную физиономию и сказал:
- Такого, какой ты сейчас, я ни за что не стану показывать тебе Лайриниэль. Она не заслужила этого. Когда-то она проводила в полёт гордого и могучего воина, несгибаемого Осейна Канорфенума, грозу всех разбойников Эннонанда, о котором слагали легенды не только эльфы, люди, орки и гномы, но даже королевские драконы. Нет, друг мой, таким ты не предстанешь перед прекрасной, вечно юной Лайриниэль. Я этого ни за что не допущу. Твой рассказ был довольно продолжительным, а теперь послушай, Осейн Канорфенум, что расскажу тебе я, рыцарь Творца Ардфеора, смысл жизни которого заключается только в том, чтобы сражаться с Хозяином Тьмы Амалором.
Кир без лишнего витийства довольно коротко рассказал Осейну о себе и своих товарищах, а также о том, как они прибыли на Адамминен и чем занимались. Как только он умолк, Иоланта прибавила:
- Осейн Канорфенум, ты полностью повторил судьбу нашего друга, рыцаря Света Джонни Морбрейна, только ты парился в тюряге этого старого задрыги Амала куда дольше, чем он. Благодаря тебе слугам Амала не удалось создать на Адамминене действительно мощной армии и ни один эльф так и не стал его слугой. Их вероятно, воротило от дерьма валгатров, которое ты подмешивал в ту чёрную дрянь. Короче, Осейн, или ты примешь из рук моего мужа кубок с напитком посвящения, или я тебя отволоку в такой мир, откуда ты до моей ученицы Лайриниэль хрен когда доберёшься. Выбирай, Осейн.
Орк вскочил на ноги и воскликнул:
- Что я должен сделать, чтобы стать самым лютым и беспощадным врагом Владыки Тьмы?
Кир деловито достал из кармана серебряный кубок, вынул из ножен меч Бадхор и насмешливым голосом сказал:
- Для начала преклони колени перед мечом Бадхором, выкованным отцом твоего лучшего друга, великим владыкой Эльворином.
Осейн с достоинством опустился на одно колено и Кир с улыбкой вложил в его руки кубок посвящения. Орк благодарно кивнул ему головой и, широко открыв головой, просто влил в себя золотистый напиток, отчего Козмо коротко хохотнул и воскликнул:
- Такой же пьянчуга, как и его дружок Итилгаил!
Кир строго цыкнул на него и трижды легонько стукнул орка кончиком меча по плечу. Сказать условную фразу он не успел, с одной стороны на орка налетел Белегрунд, боднув своей громадной башкой в плечо, а с другой Анганиэль лизнула его языком размером с шуфельную лопату, а Атилла, подлетев сзади, принялся трясти за плечи. Иоланта шагнула вперёд, мощным рывком подняла Осейна с пола и звонка расцеловала, после чего отправила в объятья своего мужа. Тот также расцеловал обалдевшего орка, после чего ему пришлось вытерпеть объятья ещё одного рыцаря, двух здоровенных магов, да, ещё и гномов-великанов к тому же. Последней его расцеловала Тэйя, в глазах которой блестели слёзы счастья. Кир надел очки и притворно строгим голосом скомандовал:
- Менелндил, Ланион, Бальдур, рысью бегите вниз. Я в дворце на горе. Вернулся истинный рыцарь Света, великий Осейн Канорфенум и если вы хотите увидеть, как он войдёт в свой дом, то не телитесь. Мы скоро спускаемся и через несколько минут будем внизу.
Кир предложил всем мужчинам, включая Атиллу и Белегрунда, зайти на несколько минут в зал созерцания, пока Иоланта и Тэйя переоденутся в более подходящие платья. Чтобы Осейн не чувствовал себя сиротой, рыцарь предложил ему на выбор всю свою коллекцию мечей и кинжалов, кроме малайского криса. Тот, немного подумав, выбрал себе прекрасный испанский меч и кинжал того же мастера, выкованные в Толедо в средние века, которые Киру как-то раз подарил в припадке щедрости его тесть. Это было прекрасное оружие, которое можно было носить на поясе и Тетюр, загадочно ухмыльнувшись, достал из своей магической книги эльфийский пояс чернёного серебра, к которому почему-то прицепился тёмный кожаный шнурок. Он потянул за него и вытащил длинный коготь горного дракона, покрытый неровными строчками орочьих магических рун. Протянув и то, и другое Осейну, маг сказал растерянным голосом:
- У нашего старика ничто не теряется. Это кажется твоё, Осейн.
Орк порывисто схватил коготь и приложил его ко лбу. В его глазах блестели слёзы. Он хотел было повесить свой амулет на шею и спрятать его под одеждой, но Козмо удержал его от этого. Достав из магической книги слиток серебра размером в кулак, обломок клыка Атиллы и клочок его синей шкуры, маг-воитель вставил в рот свою трубку с сатиром, выдул из неё формирующий дым и тот, окутав их, а вместе с ними коготь, за три минуты он преобразил амулет колдуна. У когтя появилась голубовато-белой кости рукоять, с двумя синими полосками, оправленная в чернёное серебро и по всей его длине засверкали серебряные руны. Прицепив коготь к поясу рядом с кинжалом, Козмо сказал: