Итилгаил усмехнулся и сказал в ответ:
- Ты всего несколько дней в наших краях, парень, а уже знаешь о том, как заставить гнома разнести новость на всю округу. Скажи мне, Кир, сколько тебе лет, если это, конечно, не секрет?
Кирилл наморщил лет и стал подсчитывать, так как никогда прежде не задумывался о том, сколько же лет ему исполнилось в действительности и минуты через четыре ответил:
- Ну, если отбросить месяцы и недели, то получается, что мне уже стукнуло шестьдесят восемь лет, Итилгаил. А почему это тебя так интересует? Я ведь точно такой же бессмертный, как и ты, если однажды не облажаюсь и древние демоны не уволокут меня в такой мрак, откуда уже нет возврата, чего я постараюсь не допустить, то когда-нибудь наша разница в возрасте уже не будет такой большой.
Помолчав несколько минут, Итилгаил, наконец, ответил:
- У людей и эльфов разный темп жизни, Кир. Жизнь людей так коротка, что они стремятся вместить в неё целую вечность. Если пересчитать твои года на эльфийские, то тебе уже почти две тысячи лет. Помни об этом, парень, если какой-нибудь занудный тип из наших начнёт пенять тебе на твою молодость. Первая тысяча лет для эльфа это тот самый возраст, когда он подводит главный итог и решает, стоит ли ему жить дальше. Мы отличаемся от людей только тем, что видели в своей жизни гораздо больше, чем они, но ты, похоже, по части наблюдений заткнёшь за пояс даже меня или Ардонадара.
С того момента, как Тетюр покинул дворец принцессы Гвеннелины вместе с Ардонадаром и тремя дюжинами эльфов из его ближайшего окружения и они скрылись в неизвестном направлении, прошло чуть более трёх суток. Иоланта в ту же ночь также покинула дворец вместе с принцессой и её приближенными. Дамы вскочили на коней и ускакали, но относительно них хотя бы было известно, что они направились в священный лес к дереву принцессы. Атилла, освоившись в Дейтхире, не торопился творить новых цветочных драконов и вместо этого улетел осматривать окрестности. Кир, увидев дракона в полёте, когда он, кружа над городом эльфов принял свой естественный облик, был просто поражен. Съев не такое уж и большое количество высушенной драконьей крови, он сделался почти вдвое крупнее и все жители Дейтхира смотрели на него с благоговейным ужасом, а когда дракон-маг оглушительно затрубил, взлетев на высоту в несколько километров, и изрыгнул в зенит такую струю пламени, что она могла накрыть любую половину города, словно окаменели и пришли в себя только тогда, когда он куда-то улетел. Вот уже двое суток Кир не видел Атиллу но его это мало беспокоило. Его небесный брат был очень любопытен и любил бродяжничать.
По прикидкам Кира вскоре должен был выбраться из своих покоев Козмо, которого с нетерпением ждали несколько тысяч эльфов. В первую очередь по той причине, что только магу дыма было дано передавать знания с помощью своей трубки, способной испускать педагогические дымы. За это время Кирилл вытащил из своей магической книги всё, что только было способно летать в небе Адамминена. Запрет был наложен только на новейшую технику типа "Немезиды". Всё остальное было без малейших колебаний перенесено с Армагеддона на Адамминен и в результате вокруг Дейтхира встала на якорную стоянку, то есть зацепилась за стволы и ветви деревьев, целая воздушная армада из трёх с половиной тысяч летающих кораблей, среди которых были как роскошные крылатые дворцы, так и маленькие, юркие лодки, но больше всего эльфов поразили десять семипалубных транспортников длиной свыше двухсот метров.
Однако, это были ещё не все летающие корабли, которые рыцарь хотел оставит Аранелвуде. В магических книгах его помощников стояло ещё несколько тысяч кораблей, а уж сколько в них было эйрбордов, которые теперь уже не превращались в произведения искусства, было и не счесть, но их он извлекать не торопился. Эльфы, пораженные таким размахом, сначала примолкли, а потом начали смущённо переговариваться друг с другом и вскоре в голос стали вопрошать, кто же он такой, рыцарь Мастера Миров. Все в конечном итоге сошлись во мнении, что он мог прийти в их мир только по воле Творца Ардфеора. Владыка Итилгаил все эти дни не отходил от Кирилла ни на шаг и только диву давался тому, сколько энергии было в этом весёлом, разбитном парне. Но ещё больше его поражала спокойная уверенность рыцаря и то, что он каждую минуту знал, что ему следует сделать в следующий час. После того, как этот парень поразил с первого же выстрела такую трудную мишень, он немедленно заторопился во дворец. Оставив коней лучникам и поднявшись на пятый этаж, он немедленно притащил из своих покоев два стула и уселся напротив дверей покоев своего помощника. Сев на стул рядом с рыцарем, Итилгаил спросил: