О той истории Гвеннелинна вспоминала со смехом и говорила, что огненные духи только и сделали, что спалили гномам их световоды и лампы, а тут, явно, речь шла о каком-то более серьёзном враге, о котором гномы почему-то не пожелали никому сообщать, даже альтарам, с которыми у них сложились весьма дружественные отношения. Из этого Иоланта сделал вывод, что скорее всего речь шла о нашествии каких-то животных вроде горных кротов. Эти бронированные твари с мощными лапами, которые обитали на склонах Пылающих гор, являлись конкурентами гномов по части рытья тоннелей в известняках, из которых состояла подошва этого хребта и частенько забирались в их вентиляционные тоннели. Никакого особого беспокойства, кроме жуткой вони от горных кротов не было, да, к тому же гномы считали их мясо весьма недурным на вкус, так что в данном случае речь шла о нападении каких-то других хищников.
Не желая гадать, почему гномы обрушили несколько десятков мостов, Иоланта для начала несколько раз пролетела на Гриенграсом, любуясь сверху на его зелёные поля, на которых паслись валгатры вперемешку с быками, кудрявые рощицы и несколько озёр. Пейзаж был очень милым и Гриенграс напомнил ей владения Джулая Каспера, только вот по части архитектуры он проигрывал Белой горе по всем статьям. Будучи полностью уверенной в том, что гномы заметили её летающий корабль, она полетела к Золотому мосту, ведущему от Южного хребта к главному входу столицы Гриенграса - Маленкерсу. На большой террасе-площади, на которой могли совершить посадку с десяток таких же кораблей, как её "Гелиос", уже собрались целые толпы гномов, облачённых в боевые доспехи и вооруженных громадными секирами. У многих в руках были тяжелые арбалеты.
Для визита в Гриенграс Иоланта выбрала самое роскошное платье золотой парчи с пышным кринолином, оставлявшее открытыми её руки, плечи, верхнюю часть груди и даже соски до половины, которое она до этого дня люто ненавидела. Зато её супруг от этого жесткого и громоздкого наряда тащился, как кот от валерьянки, и когда они надевали втроём такие платья, то уже через несколько минут их груди пылали от его поцелуев. Разумеется, давать гномам целовать свою грудь она не собиралась, но ей было очень интересно знать, какое впечатление она на них произведёт, ведь их беаны были выше них почти на голову и отличались довольно крепким телосложением, а Иоланта была лишь немного выше ростом большинства гномов. Больше всего ей хотелось выйти к гномам в бикини или вовсе голой, но они, как рассказала ей Гвеннелина, западали на всё золотое и сверкающее от драгоценных камней, а их-то её самый главный кутюрье, Бен Стоун, навешал на это платье ведра полтора, не меньше.
"Гелиос", сверкающий на солнце позолотой и драгоценными эмалями, как самовар, плавно и величаво спустился к середине моста, сложил огромные лебединые крылья, вызолоченные сверху и снизу, и полетел на высоте десяти метров прямо к главной площади Гриенграса. Остановив золотой летающий корабль посередине площади, Иоланта спустила дюжину якорей-липучек, опустила его на трёхметровую высоту, открыла люк и спустила вниз трапп. Первыми спустились на площадь два её водных голема, полупрозрачных, чтобы в них никто не заподозрил живых существ, вооруженных кривыми турецкими ятаганами, чтобы их не спутали с ожившими хрустальными скульптурами, после чего стала спускаться по малиновой ковровой дорожке сама.
Гномы, державшие секиры наперевес, увидев её тотчас опустили своё грозное оружие и радостно залопотали. Глаза их сияли от восторга, а губы расплывались в широчайших улыбках. Вежливо склоняя головку направо и налево, посылая всем воздушные поцелуи, Иоланта отошла от "Гелиоса" метров на двадцать и остановилась, бросив перед собой щепотку золотой пыльцы, которая моментально вызолотила каменные плиты кругом диаметром метров в восемь. Для гномов, которые держались от неё на вдвое большем расстоянии, это послужило сигналом и они приблизились. Иоланта слегка кивнула головой и обратилась к ним с таким приветствием: