— Знаю. И скажу, что он всегда был парнем порядочным. Но чертовски себе на уме. А теперь, наверное, стал втройне себе на уме. И не исключено, что его потянуло на какие-то подвиги, и он в порядке. Или пока еще в порядке. Я бы не стал на его месте пытаться переиграть эту странную контору в одиночку. Я бы ее и в компании переиграть не пытался. Разве что со взводом спецназа.
— Это повод забирать себе деньги?
— Ну, деньги, положим, не твои. Но я думаю, что дело вовсе не в деньгах.
— А в чем?
— Я же говорю — парень решил сыграть в какую-то игру. Выйти на эту лабораторию, но не напрямую — через тебя.
— Сэм, говорят, наш гвинейский друг… — грустно вздохнула Танька. — А как все красиво начиналось. И клиентов он не предавал, и вообще влюблен до гроба.
— Возможно, он узнал то, что знаю я.
— Что?
— Что эта лаборатория — в некотором роде контора Империи.
— Чего-о? — уронила челюсть Танька.
— Того. Филиал такой. Местный. Все эти экстрасенсы и раскачка — фигня. Игрушки, чтобы пациенты не скучали и не разбегались. Они работают с энергетикой. Приводят ее в норму. И попутно раскачивают острое чувство ностальгии и «тоски по родине». А потом пациент отправляется в мир иной — сама понимаешь, в какой. Ему ж ничего уже не надо, только домой вернуться. И берут его в юном возрасте под белые руки, и обрабатывают соответственным образом. И — готов суперсолдат. Такого уровня, которого из простого хоть хулигана, хоть барона с первого раза не сделаешь. Сдохнет он.
— Это какая-то полная паранойя… — покачала головой Танька.
— Это не паранойя. Я давно ждал, что здесь появится какой-то умник и устроит именно такую контору. Вот, дождался.
— Что, его сюда прислали и внедрили? Зеленые человечки на летающих тарелках…
— Не знаю, не знаю… Вряд ли. Но я не знаю, что у него в голове. Может, это его личная инициатива. Какая разница-то?
— И что нам теперь делать?
— Я бы сдался и взломал эту контору к чертовой матери изнутри. Но, боюсь, меня туда не пустят. Не дураки там сидят. Можно было бы попробовать смотаться…
— Найдут, — вздохнула Танька.
— Хе-хе, — усмехнулся Герцог. — Не найдут, если постараться. Но не в том дело. Ну, хорошо, мы смотаемся, а они продолжать будут?
— Как я поняла, на аркане туда не тянут. Если есть дураки…
— Нет. Если сегодня не тянут, так завтра потянут. Потянут и в строй поставят, и мнения не спросят. Так уже было…
— Спорим, это не государственная контора? Поэтому и не могут они вот так запросто кого-то отловить.
— Пока уговаривают, пока, — с нажимом сказал Герцог. — Но если выйдут на полную мощность — будут и отлавливать. И президент у нас будет соответственный, и все в лучших традициях Империи. Контора-то государственная. Но нежная дружба наших спецслужб известна с давних пор. И, к тому же, это может быть именно что личной инициативой. Под эгидой какого-то спецотдела по экстрасенсам. Кто знает?
— Психотронно-темпоральная война? — улыбнулась Танька, но смешно почему-то не было.
— Не знаю. Я знаю одно — меня, моих друзей пытаются использовать. Пытаются вновь закинуть в эту мясорубку. Вновь хотят сделать из меня инструмент для убийства. Инструмент, лишенный индивидуальности, тело, в котором полторы эмоции и три рефлекса. А я никогда никому больше не позволю из меня что-то делать, — Герцог говорил тихо, но так, что Танька почувствовала, как по спине ползут мурашки. Не сдержавшись, Герцог все же саданул кулаком по столу. Танька протянула к нему руку, но он сделал резкий запрещающий жест, и она отпрянула. Герцог сделал пару вздохов, улыбнулся.
— Ладно. На сегодня хватит. Эри, Рыжий! — громко крикнул Герцог.
Через пару минут на пороге возникла встрепанная Эри.
— Чего ты орешь… у меня там такой бой накрылся…
— Сохраняться надо. Пить будем?
— А вы закончили? — оглядела их Эри и принялась убирать тарелки со стола.
— Угу. Извини, но сама понимаешь. Чужие проблемы тебе не нужны.
— Какой же ты чужой… — Эри растрепала Герцогу волосы. — Кто пойдет в палатку?
— Лучше кто-то из вас. И, кстати, мы тут мирно пьянствуем часов так с пяти, хорошо?
— Ну, конечно. Кого на этот раз замочил?
— Замочить не замочил, но двух подстрелил.
Эри нахмурилась.
— Все так серьезно?
— Серьезнее некуда, — криво улыбнулся Герцог. — Я расскажу то, что нужно. И вы потом передайте по ребятам.
— Оу-кей, — кивнула Эри, но выражение ее лица не соответствовало беззаботной интонации. — Что будем пить?
— Все. И побольше.
— Деньги гони, ага?