— Почему?
— А надоело… — поморщилась Танька. — Мне уже костыли не нужны…
— А зачем замуж выходила?
— Для нормальности. Типа, все как у всех…
— Не помогло?
— Не-а. Глупости всякие — стирай, убирай, готовь, а для чего? Потому что так положено? Не хочу.
— Большой любви, я так понимаю, не было?
— Не было. Так, подвернулся приличный мальчик. Деньги зарабатывает, не буянит. Но говорить же не о чем. Сидим рядом, спим в одной постели — на кой? Чужие люди. Первый год хоть что-то было. Так, приятность какая-то. А сейчас… Понимаешь, он обычный. Очень правильный такой. Работа, семья, досуг. Мебель, ремонт, новый компьютер, новый телевизор. Платья мне покупает… а на кой черт мне эти платья? Я в юбке-то последний раз в ЗАГС ходила…
Танька глубоко затянулась.
— Ну, не надо мне это все! Не надо. Платья, телевизоры — да наплевать мне на них. Я себе за два года две покупки сделала — компьютер-«четверку» и гитару «Реноме» двенадцатиструнную. Все. Я же не жена, а ехидна. Три кастрюли вымою — четвертую в стенку кину. Противно. Мне бы в ванну залезть, свет выключить и лежать полдня. И еще чтоб палочки сандаловые. И все… У меня своя дорога, понимаешь, своя?
Таньку ощутимо несло, но ей сейчас было все равно. Первый раз в жизни она высказала все это некоему онлайн-психологу, второй раз говорила сейчас Герцогу. А он не спорил и не кивал сочувственно, просто — слушал…
— Я раньше одна жить боялась. Даже девчонку из института у себя поселила. Дуру набитую…
— Почему?
— А у меня мигрень хроническая. Как сложит — так все, гасите свет. А потом уколы себе делать научилась. Любые, даже внутривенные. Ну чем я хуже любого наркомана? И все. И больше мне никто не нужен…
— Ясно, — улыбнулся Герцог.
Танька поняла, что ее манифест независимости несколько перехлестнул за край правдивости.
— Нет, ну не то чтобы совсем никто. Но только чтобы — одной крови… как с тобой…
— Ты моей крови еще не пробовала, дурочка… — жестко оскалился Герцог.
Танька вздрогнула. Хмель куда-то слетел в один момент.
— Да я так… в принципе.
— В принципе или нет — не обольщайся на мой счет. Я не такой уж хороший, как тебе сейчас кажется.
— Мне ничего не кажется, — фыркнула Танька. — Ты просто не напрягаешь… вот и все.
В этом было еще больше неправды, но Таньке не хотелось признаваться в том, что она, кажется, влюбилась по самые уши. Или не влюбилась — а именно так, как она сказала только что. Нашла человека с той же самой группой крови.
— Вот и прекрасно. Спать будем?
— Будем… — потянулась Танька. — Будем-будем…
Но пришлось подождать. Сначала пропищал мобильник, потом Герцог чертыхнулся и полез в Интернет. Вошел в какой-то чат, пристально уставился в монитор и лихорадочно застучал пальцами по клавишам. Взгляд его был злым и сосредоточенным, словно на экране он пытался увидеть чье-то лицо. Танька подошла, не глядя на экран, опустила ему ладонь на загривок, начала разминать мышцы. Герцог едва замечал ее, только иногда, когда собеседник, видимо, замолкал, благодарно терся затылком о Танькины руки.
— Проблемы? — спросила она в какой-то момент.
— Так, полупроблемы. У одного из наших башню рвет, — непонятно объяснил Герцог.
— А ты что, психолог? — удивилась Танька.
— А я — наше все, — с отвращением сказал Герцог, и взялся за десятую за час сигарету. — Имел глупость подписаться под обещанием помогать всем своим. Вот и приходится помогать. Одного водкой отпаивать, другого с иглы снимать, с третьей разговоры разговаривать…
— А зачем тебе это?
— Я сильнее, — без радости ответил Герцог. — Приходится все это делать. Мы своих в беде не бросаем.
— Свои — это кто? — спросила Танька.
Герцог пожал плечами, удивляясь Танькиной глупости, быстро набрал пару фраз, нажал на клавишу ввода и все же ответил:
— Такие как мы.
Подумав, Танька поняла, что имеется в виду под «мы», и задумалась. По всему получалось, что их таких не трое, считая Маршала, а несколько больше. Есть какие-то люди, может даже, в Москве. Целая толпа сумасшедших — и у всех одно безумие на компанию. Это ее удивило и показалось слишком хорошим, чтобы быть правдой.
Утром Герцог куда-то пропал и вернулся к вечеру. Танька весь день просидела дома, маясь скукой между компьютером, книжками из библиотеки Герцога и садом, и к приходу хозяина порядком озверела.
— Ну и где ты был? — мрачно вопросила она, откладывая почти прочитанный сборник Бушкова.