— Холодно, — еще раз пожаловалась Кэсс. — Дайте мне стимулятор.
— Милочка, да из вас эти стимуляторы скоро вытекать будут, — возмутился медик. — Не учите меня!
Кэсс проглотила «милочку», хотя и с трудом. Спорить с медиками было делом безнадежным.
— Мне в семь надо быть в штабе, — попыталась объяснить она. — Надо, понимаете?
— Штаб подождет до того момента, пока я не сочту возможным вас отпустить, — отрезал безжалостный медик и вкатил-таки ей в плечо лошадиную дозу чего-то крайне болезненного. Кэсс прикусила губу, чтобы не взвыть и не выругаться, медик заметил это и вконец разозлился.
— Что вы из себя изображаете героя на допросе? Орите, выражайтесь, плюйтесь, кусайтесь, только не делайте «лицо»! Каждое это ваше лицо — пережженные нервные клетки, которые я вам с трудом восстанавливаю, это понятно? Как же надоело — изо дня в день бороться не только с последствиями аварий, неудачных посадок, сожранной наркоты, но и с этими вот представлениями о чести и доблести!
Видимо, желая развести ее на вопли, выражения и плевки, медик загнал ей в бедро не меньшую порцию чего-то похлеще. Но от первой инъекции наконец-то стало тепло, и теперь уже легче было переносить все процедуры. После получаса в барокамере она почувствовала, что передвигаться, по крайней мере, способна без посторонней помощи, да и в голове прояснилось.
— Из штаба извольте вернуться сюда, — распорядился медик. — В любом случае, я сообщу полковнику Конро, так что не надейтесь улизнуть.
— Сообщите ему, пожалуйста, и результаты обследования. Мне кажется, они его заинтересуют. Прямо сейчас сообщите, — попросила Кэсс. — Пусть они попадут в штаб раньше меня.
Медик кивнул, удалился, вернулся с литровой кружкой чего-то горячего. Кэсс приняла кружку, с интересом принюхалась — пахло отнюдь не стимулятором, а какими-то травами. На вкус жидкость оказалась приятной — горьковато-сладкой, кисловатой, пряной одновременно.
— Что это? — удивилась она, делая второй глоток и с удовольствием ощущая, как горячий напиток создает в желудке уютное тепло.
— Нравится? — подмигнул медик, и Кэсс с удивлением поняла, что он совсем молод, просто суровое и властное выражение лица прибавляло ему добрую сотню лет. Кэсс кивнула, сделала еще пару глотков.
— Очень нравится, — наконец сказала она.
— Травяной чай, — объяснил медик. — Банальный травяной чай.
Кэсс повела голыми плечами, прижала горячую чашку к груди. Вдруг оказалось, что вокруг нее — уйма хороших людей, готовых ей помочь и по долгу службы, и просто так. Где же были ее глаза чертову прорву лет, когда она общалась только с летным составом, с равнодушием игнорируя всех остальных? Что бы там ни оказалось, но Эскер определенно, хоть и не желая того, сделал ей подарок. Этот медик, техник Рин — вернувшись на основную базу, она будет иногда заглядывать к ним, чтобы выпить кружку чаю или стакан термоядерного пойла, или просто посидеть рядом, молча, ну, может быть, беседуя о какой-нибудь ерунде. Большего не нужно. Но без этого — плохо.
В штабе, в кабинете Полковника, было достаточно тесно. Кэсс вошла, увидела Эскера, еще одного эсбэшника, потом Рона и Истэ, едва знакомого техника, медика, еще кого-то совсем незнакомого в штатском. Ждали, видимо, только ее. Кэсс поискала глазами стул, но какое там — его и поставить было бы некуда, от двери она уже не знала куда шагнуть. Полковник оглядел ее испытующим взглядом, потом сгреб в охапку разноцветные листы пластика и мемобумаги.
— Господа, предлагаю перейти в зал совещаний. Тут становится тесновато.
Зал совещаний представлял собой помещение чуть попросторнее, без окон, с двумя широкими столами и рядами стульев вдоль них. Карта во всю стену, прочие стены — голый металл. Кэсс хотела сесть с краю, но Полковник жестом поманил ее к себе, указал на стул рядом.
— Ты как? — шепотом спросил он, на мгновение загораживая ее собой от остальных.
— Справлюсь, — шепотом же ответила Кэсс.
Все, наконец, расселись. Эскер выбрал место напротив Полковника, так что на первый взгляд неясно было, кто возглавляет мероприятие; впрочем, все смотрели на Полковника, а не на Эскера. Так что трюк с выбором места не прошел. Перед Эскером лежала в прозрачном пакете его ненаглядная папка.
— С чего начнем, господа? — спросил Полковник, оглядывая присутствующих. — С пропажи или с аварийной ситуации?
— С пропажи, с вашего позволения, — немедленно отреагировал Эскер.
— Что вы имеете сказать нам, штаб-капитан Валль? — спросил пожилой эсбэшник.
— Вот передо мной экспертное заключение. Согласно ему, никто кроме меня эту папку не трогал. Одно непонятно, как она оказалась в машине капитана…