Теперь Анна понимала, что значит «страшно» и сочувствовала мальчишке все душой. Даже хотелось сесть к нему поближе.
— Потом тебя спасли?
— Не сразу. Папа говорит, что у меня были видения, а врач… он уверил меня, что мне все показалось. Но там кто-то был. Очень холодный. И он со мной говорил. — Верон передернул плечами. — Я не сумасшедший.
— О чем он с тобой говорил? — взволнованно спросила Анна, уверенная, что это точно был Черный Король!
— Голос был такой, словно… кто-то умер. Я не могу объяснить точнее. Он обещал мне, что сделает мою жизнь вечной. — Верон сжал пальцы сильнее. — А еще там жутко пахло… Я там два дня, как оказалось, провел… Папа сказал, что это грязь, но я же знаю, что в колодце были разложившееся мертвецы… — на последнем слове мальчик закашлял. — Я думаю, что в нашем городе кто-то специально его кормит и скидывает туда людей.
Анна слушала, открыв рот, откровения мальчика, и внутри все холодело узнаванием. Получается, Король и здесь живет? И сюда будет приходить?
Девочка судорожно зажала ладони между коленями, пытаясь придумать хоть какой-нибудь вопрос и не выдать себя при этом. Нет, нельзя Верону говорить про Короля. Про то, что он приходит каждую ночь, мучая страхами и невозможностями.
— А что ты должен сделать, чтобы жить вечно?
— Я не хочу жить вечно. Он говорил, что обречет меня на страдание, если я не поддамся, — Верон вскочил и нервно заходил по комнате. — Он хотел украсть мою душу… Иначе и быть не может… И если он выйдет из пещер наружу, если ему перестанут приносить жертвы, что будет с нашим городом?
В голове Анны вертелось слишком много мыслей, и все они казались слишком расплывчатыми, чтобы четко понять происходящее.
— Он будет тогда забирать сам, — обреченно произнесла девочка. — Ему же это ничего не стоит.
— Мне кажется, что по ночам он может выходить. И… теперь расскажи про шкатулку. Как ты ее нашел? — Верон сжимал и разжимал пальцы, поглядывая на дверь. Он не хотел участвовать в празднике и внезапно вспомнил, как их слуга провалился недавно под лед, когда вытаскивал карету из ямы. — Он мстит мне. Я не знаю за что…
— Может, потому что ты не согласился? — спросила Анна в попытке отвертеться от рассказа.
— Может, потому что ты не знаешь почему, — передразнил Верон. — Ты никогда не сидела в яме с чудовищем…
Учинни снова сжала губы и отвернулась. В яме она не сидела, только в склепе. И почти четыре месяца в комнате… Ей внезапно стало холодно и одиноко, и появилась горькая мысль, что может быть лучше умереть.
— Я спрошу у него, — глухо пообещала Анна.
Верон, ходивший по комнате, остановился. Мальчик открыл рот, чтобы спросить, как спросит, когда дверь открылась, и в комнату вошел отец Анны, одетый парадно и очень богато.
— Вы уже подружились? Какая великолепная кукла, милый Верон. Надеюсь, подарок моей дочери вам тоже понравится. Я как раз за тем, чтобы вы оба спустились в столовую и порадовали нас перед ужином стихами или чем-то особенным. Идемте же.
Анна со вздохом поднялась из-за стола и последовала за отцом, твердо понимая, что ей никуда не деться от Короля. Он живет везде, даже рядом с домом, который девочка считала спокойным прибежищем.
В этот вечер им ни разу не удалось вновь поговорить с Вероном. Тому вручили огромную коробку, в которой оказалось очень дорогое украшение, потом дети читали стихи в честь Рождества, а родители хлопали им в ладоши. Потом состоялся праздничный ужин и фейерверк на улице, и лишь поздней ночью Учинни отправили спать, строго наказав хорошенько выспаться перед завтрашними катаниями на коньках по озеру, которое достаточно замерзло.
И когда ушла нянюшка, поцеловав на ночь, Анна вытащила шкатулку, взбила подушку и, прислонив ее к изголовью кровати, чтобы опираться, поставила на колени драгоценность. В комнате горела лишь одна свеча, совершенно не добавляя света в зимнюю темноту. Лишь отблеск в зеркале давал надежду на то, что наступит утро.
Девочка дрожащими пальцами нажала на кнопку и принялась ждать.
В тишине спальни каждый звук врезался и пытал. Но когда смолкли последние шаги в коридорах и гости улеглись спать, когда дрожащий свет полыхнул последний раз и угас, Учинни потянуло в темноту… словно ее подхватило что-то с кровати, стягивая прочь рубашку и утаскивая высоко под потолок.
— Соскучился по тебе, — шепот лился приторным вожделением на ухо, проходил холодом, оплетал живот кольцами и пеленал ноги в кокон.
Девочка всхлипнула и затихла, позволяя Королю обнимать себя и думая, что оказалась права. Но зачем же тогда он делал больными других детей в школе?