Он всегда добр и нежен со мной.
Джоэль поморщился.
— Я хочу узнать о нем побольше, — сказал он.
— Роланд преданно любит свою сестру Филлиду.
С ней я тоже очень подружилась. Да, оба они мне нравятся. У Роланда есть в Лондоне контора. Кажется, он не слишком перегружен работой. Время от времени ему нужно бывать в Йоркшире, но в основном он живет в Лондоне.
— Вы были во Франции вместе?
— Да, чуть больше месяца.
— А где его контора?
— Я никогда в ней не была. По-моему, Роланд называл Маркус-Корт… где-то в Сити.
— Понятно. А в Йоркшире у него есть дом?
— Нет. Они называют свой лондонский дом «пристанищем», но в Йоркшире у них сейчас ничего нет.
Именно поэтому они с Филлидой и поехали туда. Они подыскивают какой-нибудь подходящий дом, а потом мы его купим и будем там жить.
— Понятно. Значит, — ты собираешься покинуть Мэйнор Грейндж?
— О нет. Я сохраню его. После пожара Роланд действительно предлагал продать его.
— Что за пожар?
Я рассказала ему о случившемся, и он нахмурился.
— Ты могла обгореть до смерти!
— Именно так все и говорили. Но я сразу же проснулась. Никакой опасности не было.
Джоэль задумчиво смотрел перед собой;
Я сказала:
— Наверное, нам пора идти. Обо мне могут начать беспокоиться.
— Еще немножко, — сказал он.
Некоторое время мы сидели молча. Потом Джоэль сказал:
— Мы можем бросить все и уехать вместе.
— Я не могу сделать этого, Джоэль. Я не могу так поступить по отношению к Роланду.
— Значит, ты действительно неравнодушна к нему.
— Это было бы нехорошо. Он так много сделал ради меня. Когда мне нужна была помощь, он пошел мне навстречу. Я должна смириться со случившимся;
Джоэль, и ты тоже. То, что ты предлагаешь, не правильно. У меня есть искушение… как и у тебя. Именно этого я и хотела бы — быть всегда с тобой, но это невозможно. Ты должен продолжать свое дело и стать выдающимся политиком. А я должна оставаться женой Роланда.
— Все эти месяцы я мечтал лишь о том, как вернусь к тебе, — сказал он.
— Я счастлива слышать это, Джоэль, и в то же время мне отчаянно грустно оттого, что это невозможно. Ты должен делать свою карьеру. Я уеду в Йоркшир. Вот единственное, что мы можем сделать.
— Я не смирюсь с этим, — сказал он.
— Тебе придется.
Еще несколько мгновений мы сидели, а потом я поднялась:
— Джоэль, мне пора идти.
Он ничего не ответил, и мы молча пошли к выходу.
Как только я оказалась в своей комнате, там сразу появилась Белинда.
— Ты была с Джоэлем Гринхэмом, — обвиняющим тоном сказала она.
— Откуда ты знаешь?
— Я видела, как ты шла с ним по улице. Я видела, как он взял твою руку и поцеловал ее. Ах, Люси, ты так печальна. Ты все еще любишь его?
— Я не хочу говорить об этом.
— Как это похоже на тебя! Ты же знаешь, — как полезно выговориться. Может, я сумею тебе помочь.
— Ты? Каким образом?
— Что ты так удивляешься? Я сделаю все, чтобы помочь тебе, и Бобби тоже. Ведь ты так много сделала для нас. Ты собираешься бросить Роланда и уйти к Джоэлю?
— Не говори глупостей.
— Какие же это глупости? Ты вышла замуж за Роланда только потому, что считала Джоэля погибшим. Теперь он здесь, вернулся из царства мертвых, и ваши чувства друг к другу совершенно очевидны.
— Очевидны?
— Даже для слепого.
— Белинда, оставь меня в покое.
Она подошла и поцеловала меня. Она была удивительно нежна.
— Я знаю, что ты считаешь меня эгоистичной скотиной, но, тем не менее, я люблю тебя, Люси. Я хочу расплатиться с тобой за все долги и в один прекрасный день расплачусь, вот увидишь.
— Спасибо, Белинда. Но лучшее, что ты можешь сделать для меня, это оставить меня в покое.
Расстроившись, она вышла, а я погрузилась в тяжелые раздумья. Уйти к Джоэлю? Что это будет значить? Прежде всего, конец его карьеры, поскольку, несомненно, разразится крупный скандал. Скандалы портили карьеру моему отцу, и он был не единственным членом семьи, пострадавшим от этого. Душа у Джоэля лежала к политике и, видимо, к этим самым тайным поручениям, за которые он время от времени брался. А я? Разве я могла оскорбить Роланда, который так любил меня? Я знала, что он любил меня. Он был тихим, мягким, но такие люди умеют глубоко любить. Как я могла нанести ему такой удар?
А какова альтернатива? Пусть все продолжается, как есть. Я должна распрощаться со своим счастьем.
Всю жизнь мне придется принимать компромисс… второсортное счастье.
Меня одолевало искушение уйти к Джоэлю и забыть обо всем остальном. Жизнь сыграла с нами дурную шутку. Джоэль собирался поквитаться с ней, и мне тоже хотелось этого. Но как бы я ни поступила, безоблачного счастья ожидать не приходилось.
Уйдя к Джоэлю, я постоянно вспоминала бы Роланда. Я не смогла бы забыть его добрые спокойные глаза.
Можно было представить его чувства, когда он узнал бы о том, что я предала его. С другой стороны, вернувшись к Роланду, я постоянно буду вспоминать Джоэля. Я не смогу выбросить его из сердца. Что бы я ни сделала, по-настоящему счастливой мне не быть.
Я вновь виделась с Джоэлем. Он пришел к нам в дом, для того чтобы встретиться со мной и еще раз поговорить.
Мы вновь отправились с ним в парк, сели на ту же скамью и стали разговаривать.
Джоэль задал мне множество вопросов о Роланде и его сестре. Я объяснила, как они близки друг другу, как их родители погибли в железнодорожной катастрофе и с тех пор они заботятся друг о друге. Он расспросил меня о торговле шерстью. Об этом я немного могла сказать. Оказавшись в Йоркшире, я, разумеется, узнаю гораздо больше. Впрочем, меня это не слишком интересовало. Я не могла думать ни о чем, кроме своих личных дел, и постоянно внушала себе, что не должна больше встречаться с Джоэлем, чувствуя одновременно безудержное искушение бросить все и уйти к нему.
Я пробыла в Лондоне уже неделю и подумывала о возвращении. Вскоре должны были уезжать Бобби и Белинда. Селеста хотела, чтобы я задержалась, но чувствовала, что у меня неприятности, и предполагала, что это связано с Джоэлем. В отличие от Белинды Селеста никогда не вмешивалась в мои дела. Если в ней нуждались, она приходила на помощь. Ее жизнь сложилась несчастливо, и, возможно, она отнюдь не исключение. В этом мире только люди вроде Белинды, полные решимости получить желаемое любой ценой, устраивают свою жизнь, как хотят.