— Верь ему, как самой себе, — продолжила негромко мать-настоятельница. — Он поможет тебе и советом, и делом.
Мужчина и женщина приблизились к Анастасии, которая вдруг зашмыгала носом от переполнявших ее чувств, и обняли ее.
— Под покровом ночи ты сегодня покинешь монастырь, монахини выведут тебя в горы. Там тебя будет ожидать Готфрид с отрядом. В ближайшей же деревне ты переоденешься из рясы в царские одежды и станешь «дочерью» царедворца Готфрида.
Анастасия попыталась спросить, зачем это нужно, но мать-настоятельница положила палец ей на губы, заставляя свой вопрос оставить при себе.
— Его дочь умерла во младенчестве, когда в монастыре случился мор, но об этом знаем только мы двое. Теперь вот и ты. Даже супруга Готфрида не уведомлена об этом, она по-прежнему считает, что с ее девочкой все в порядке, и она станет примерной монахиней.
Анастасия вопросительно взглянула на мужчину и женщину, мол, почему так — любимая дочь воспитывалась не в семье, а в монастыре, и должна была стать монахиней.
— Таковы жестокие правила, установленные твоим прадедом, основателем династии, — ответила ей мать-настоятельница. — Будет любопытно, прочитаешь о престолонаследии в королевской библиотеке. Этой теме посвящено много книг. Так вот, тебя выведут, переоденут, доставят во дворец Верховного правителя. Ты должна занять место рядом со своим супругом и быть коронована, а не какая-то неизвестная самозванка, которую Рудольф пытается выдавать за тебя.
— И как я должна это сделать? — пошевелила губами Анастасия.
— Нечего, что ты не смогла бы сделать — всего-навсего соблазнить своего супруга-ловеласа, — ответил ей Готфрид тоже одними губами.
Анастасия чуть не рассмеялась в голос: взорвать его с мнимой супругой или одного — всегда, пожалуйста, это она бы с легкостью сделала, но соблазнить… Она даже и слово-то такое знала только по книжкам.
— Обучу всему, что знаю сам, — улыбнулся мужчина в ответ на ее улыбку. — Я опытный интриган и мудрый царедворец — дам любой совет.
И тут неожиданно мать-настоятельница начала громко отчитывать Анастасию за якобы совершенный той какой-то проступок, давая понять, что основное они ей сообщили. А что не сказали, так Готфрид разъяснит ей по дороге во дворец Верховного правителя. И если есть за дверями уши, то они услышат только гневную отповедь немолодой наставницы.
Глава 4
Глубокой ночью Анастасию подняла с постели пожилая монахиня, она же помогла ей, как своей королеве, одеться пусть в ту же самую власяницу и подрясник — все равно другой одежды в монастыре не было. Приложив палец к губам, жестом предложила следовать за ней. Она все делала молча, не проронив ни слова. Ничего не спрашивала и Анастасия — ей достаточно сообщили накануне. Знать пришел тот час.
Они быстро прошли по длинному коридору мимо ряда дверей, стараясь не заскрипеть половицами и не вызвать к себе ненужного любопытства ни со стороны монахинь, ни со стороны послушниц. Тем совершенно не обязательно знать, куда они направились среди ночи. Через боковую дверь вышли на монастырский двор, постояли немного, прислушиваясь к ночным звукам, а затем почти побежали в сторону конюшни. Анастасия усмехнулась — куда же еще. Только под ней находились тайные проходы за стены монастыря.
Там их уже дожидались Рафаэлла еще с одной монахиней, совсем молодой девушкой. Анастасия улыбнулась, мысленно поблагодарив мать-настоятельницу — там, куда ее хотели увезти, хоть одно знакомое лицо будет, а может и все три, если монастырские сестры последуют за ней и ее подругой. Почему-то она была уверена, что Рафаэллу не оставят здесь в монастыре, ведь ясно же, что ее разбудили среди ночи и привели на конюшню неспроста. Явно не для того, чтобы она обняла свою королеву на прощание или всплакнула, махая ей вслед платком, сорвав его с головы.
Не зажигая ни свечей, ни масляных ламп, ни факелов, чтобы огнями не привлекать к себе внимания, собравшиеся у ворот конюшни прошли во все тот же знакомый проход в подвале, только почти сразу же свернули в боковое ответвление, неизвестное доселе Анастасии. Его не было видно из основного прохода и, следовательно, этот узкий коридорчик не был девушкой исследован ранее. А уж она ни за что не упустила бы такую возможность изучить его, а главное выяснить, куда он ведет.
Казалось, что брели они по темному коридору с земляным полом и каменными старинными сводами целую вечность, поворачивая то налево, то направо. Неожиданно чьи-то сильные руки подхватили идущей первой монахиню, и она исчезла, взмыв куда-то вверх. Анастасия даже взвизгнуть не успела, как ей зажали рот и тоже вытащили на поверхность.