Распахнув дверь в библиотеку, принц Рудольф замер в нерешительности, так не свойственной ему. Черного Лебедя он услышал сразу — звонкий девичий голос раздавался в тишине под старинными сводами библиотеки — только вот разглядеть ее не смог. Судя по голосу, девушка находилась где-то рядом со стеллажами в дальнем конце помещения. Он двинулся было туда, но снова остановился — Черный Лебедь стояла в окружении молодых, красивых, шикарно одетых и причесанных по последней моде мужчин и вела какой-то диалог с седовласым старцем.
— О чем они говорят? — негромко спросил Рудольф у Тилли, не решаясь приблизиться к спорщикам из-за опасности попасть впросак. Он и костюм свой окинул недовольным взглядом — слишком простым и убогим он выглядел на фоне остальных.
— Не знаю, — пожала плечами Тилли. — Но могу узнать.
Принц Рудольф несколько раз качнул головой — не помешало бы выяснить, в чем суть беседы. Тилли приблизилась к компании, ведущей довольно громкий разговор, и несколько минут потолкалась среди них…
— Они спорят о философско-историческом трактате «Положение женщин в современном обществе», который опубликовал вчера тот старик, — незаметно махнула Тилли в сторону говорившего немолодого мужчины в данный момент. Она могла и не уточнять своим жестом — старик среди беседующих был только один, остальные все ровесники самого Рудольфа. — Известный философ-маг и царедворец Верховного правителя.
— Вот он что… — протянул принц. — Не понимаю, — удивлению его не было предела. — Царедворец Верховного правителя только-только опубликовал трактат, а мой будущий царедворец уже спорит с ним о том, что написано на его страницах. Она успела не только изучить его, но составить собственное мнение? Сколько страниц имеет означенный документ?
— Сейчас.
Тилли опять подошла к спорившим, а затем вернулась к Рудольфу. Принц за это время переместился за стеллажи с книгами, стоявшими вдоль стен, и теперь наблюдал за происходящим вблизи, но при этом стараясь оставаться незамеченным, — подходить и знакомиться вот так, при всех, у него отпало всякое желание. Но зато появилось другое, которое толчками отдавалось в паху, — желание соблазнить эту девушку и уложить в постель, чего бы ему этого не стоило. Он наблюдал за Черным Лебедем — как вздымалась и опускалась ее грудь, когда она делала вдох и выдох, как красиво изгибались напомаженные губы, когда она кому-то что-то отвечала, как, словно крылья неведомой птицы, поднимались и опускались ее волосы, когда она особенно резко поворачивала голову в сторону того, кто задавал вопрос или ему, или старому философу.
— Трактат имеет более пятисот страниц, — негромко сказала Тилли, вставая рядом с принцем Рудольфом и наблюдая вместе с ним за Черным Лебедем и окружавшими ее мужчинами. Она искренне завидовала девушке, и даже не потому, что та была, на ее взгляд, очень красива, а потому, что та была неимоверно умна. Тилли и сами слышали и понимали, чтобы так спорить с автором трактата, надо не просто прочитать документ, но и прекрасно разбираться и в истории, и в психологии, и в философии. В эту минуту она хотела стать такой же, как Черный Лебедь, чтобы все преклонялись перед ней, желали ее. А она всем отказывала и была непреклонна, ожидая своего самого любимого мужчину.
— Откуда она все это знает? — удивился принц Рудольф, когда во время спора перешли к обсуждению какой-то другой работы этого же философа.
— Читает, наверное, много. В истории и философии нашего времени она досконально разбирается, — прошептала Тилли. Ее вдруг перестал интересовать принц с его мелкими желаниями — где бы выпить, и кто бы его удовлетворил. Она добьется, она станет такой же, как Черный Лебедь. Как только все уйдут из библиотеки, она возьмет книги с полок и станет их читать, все равно ей делать особенно нечего. А потом тоже будет принимать участие в спорах или, по крайней мере, ей будет понятно, о чем говорят эти двое, царедворец Верховного правителя и Черный Лебедь, ведь мужчины, окружавшие их, тоже не могли ничего добавить, только вздыхали или восторгались той или иной фразой, сказанной девушкой, стараясь запомнить ее наизусть.