***
Нимфа проснулась одна. Впервые за неделю. Ей почти удалось начать контролировать свой животный страх что она испытывала к мужчине с которым теперь проводила ночи. Каждое она просыпалась в его руках и недовольно ёрзая будила его этим.
По вечерам его горячие губы вновь и вновь терзали её лоно, приручая к себе. Ему требовалось больше. Глубже. Но он всё никак не мог подвести её к краю с помощью своего члена. И это безумно злило волка. Он впервые начинал сомневаться в своей мужской силе. Нет, его член не был меньше чем у мужчин что были у Эсми до него. Наверное даже больше. Может в этом и была вся его проблема. Он слишком велик для неё, что может подарить ей только боль.
Да и в начале его плана не было её удовольствия. Там не было и того что они будут спать. Кто же знал что светлый наг так падёт что искупает возлюбленную в самом свете. Теперь её нутро требовало его всеми клетками, и Анастану просто пришлось напоить её тьмой. Теперь эта нимфа не сможет уже без него.
Грязные обряды. Привязка тел. Любви нет . А чувство привязанности что люди так ошибочно называют любовью и вовсе проходит. То что волки называли истинностью и того походило на бред. Провести всю жизнь только с тем кого выбрала природа. Мы все животные. Нет ли разницы с какой самкой спать? Не лучше ли самому выбрать достойную и сильную? Ту что сможет отстоять и защитить и его самого в случае опасности? Нет, он был вожаком, и не допустил бы подобного. Но в их мире смерть от лап врага считалась уже чем то более обыденным.
Нимфа довольно потянулась в постели. Мужчина был от чего то крайне нежен с ней. Гладил и целовал так долго что тело просто сходило с ума. Но вот внутри. Внутри ему так ничего и не удалось добыть. Не было тех искр что вызывал Мэтью. Не дрожали ноги. Тонкие пальчики не сминали от удовольствия простыни. Но волк старался. Смотрел на неё так словно случись это и он будет счастлив как никогда раньше.
Всю неделю что она пробыла сдесь, Эсми так и не выпускали за пределы дома. Только несколько раз позволили прогуляться по дома в качестве подарка за послушание. Не более.
Телефон что вчера ей дал Анастан зазвонил на тумбочке и нимфа подпрыгнула на кровати от неожиданности.
- Привет.- она прекрасно знала кто на том конце, ведь телефон был новым, да и волк вряд-ли бы разрешил ей общаться с кем то помимо него.
- Через пару часов Уильям отвезёт тебя к врачу. Одно неверное движение, и ты знаешь что с тобой случится как только я приеду.
- Да сер. - Эсми послушно соглашалась со всем что говорил ей волк. Ведь ещё на следующий день после обряда, она убедилась лично что ослушание в этом доме, может дорогого стоить.
На её глазах, прямо прилюдно на заднем дворе особняка, на жёсткой деревянной лавке, высекли юную волчицу лет восемнадцати. Били преимущественно по рукам, ведь её поймали на воровстве. Эсми вспомнила её. Та была горничной в особняке альфы.
Тонкие и некогда изящные руки служанки покрылись жуткими рубцами и шрамами. Девушка так кричала. Этот крик до сих пор всплывал в памяти Ренесми как самое жуткое что ей довелось услышать. Девушку били до тех пор пока она не потеряла сознание от болевого шока. А затем отдали на растерзание и пользование волкам что так же служили в этом имении.
- Что же она такого украла?- сквозь слезы нимфа пыталась закрыть уши что бы не слышать этого нечеловеческого крика, но альфа на коленях которого она сидела не давал ей этого сделать.
- Она украла очень ценную вещь..тебе не нужно знать что. Просто смотри.
- мужчина восседал на балконе своей спальни в мягком кресле. Рядом стоял столик с горячим чаем для нимфы и кофе для него. Они словно в театре на отдельном вип ложе. И это представление было только для них.
Он специально перенёс прилюдно унижение этой волчицы на пару дней. Ему было важно что бы Ренесми сама увидела, что может быть и с ней, если она вдруг осмелится противиться ему . И это подействовало. Малышка была словно шёлковая. Смотрела на него с таким отчаянием, диким страхом, словно он уже вспорол её душу и разложил на алтаре жертвоприношения. Но это даже нравилось ему. Дарить ей ласку, словно кормя нимфу из рук, было высшей степенью блаженства. Он такого и раньше представить себе не мог, что держать на руках юную девчонку и лично кормить её из рук будет приносить ему столько удовольствия. Его волк внутри просто сходил с ума, блаженно прикрывая веки, мужчина вновь и вновь хвалил нимфетку за хороший аппетит. А стоило её розовому язычку коснуться подушечек его пальцев, так мужчина вздрагивал как от ударов тока.
Словно мальчишка. Член болезненно упирался в молнию брюк принося дикий дискомфорт.
Губы брюнета с маниакальной нежностью касались головы брюнетки, очередной раз проходя по волосам. И это только за неделю.
Что будет дальше? Он начнёт переживать за неё больше чем за себя, как влюбленная девчонка? Не бывать такому.