- Подойди сюда на секунду, малышка.
- Мамочка?
- …Я. Сказала. Тебе. Что. Я. Не. Твоя. Мать.
Сколько бы раз я ни объясняла это Ханиэль, она была занята тем, что постоянно ковыляла за мной. Видя, как она держится рядом со мной, будто бы наступит конец света, если она хоть на мгновение отойдет, я твердо приняла решение.
- Сиди здесь. Будь осторожна, чтобы не удариться о землю слишком сильно.
- Ух.
Бултых.
Я вновь схватилась за сердце, когда увидела, как она плюхнулась на землю и огляделась вокруг.
Не могла бы ты, пожалуйста, не вызывать у меня сердечные боли, которых у меня раньше не было?
Я убрали крылья с груди и попыталась придать лицу решительное выражение.
- Я не твоя мать, Ханиэль.
- …Тогда где мамочка Ханиэль?
- Она…
Она, скорей всего, на небесах.
Хотя я попыталась ожесточить свое сердце, чтобы сказать ей это, но не смогла переступить через себя.
От моего нерешительного ответа Ханиэль потерлась клювом о мои перья, не в силах понять, что происходит. Я закрыла глаза.
- Дело в том, что я не твоя мать.
- Так что отныне ты не можешь называть меня этим именем.
- Ох... Если мамочка не моя мамочка, то как мне называть тебя?
- Это…
У меня пересохло во рту, когда я посмотрела на Ханиэль, которая задавала только самые трудные вопросы.
Если я без всякой надобности назову ей свое имя, а она потом откроет его своему брату, то для меня все будет кончено.
Это будет нечестно, если я возьму и воспитаю ее, а потом мне придется отчаянно искать способ вернуть лебеденка обратно его владельцу.
«Мама» использовать нельзя было, мое имя тоже, тогда оставалось только одно…
- Госпожа Черный лебедь!
- …Госпожа Челный лебедь?
- Нет. Госпожа. Черный. Лебедь. Да, давай начнем с этого.
У меня было такое чувство, что она не часто будет называть меня этим именем.
Я сделала шаг к ней, когда она высунула язык, пытаясь произнести это имя.
Заметив мое движение, Ханиэль с восторгом приблизилась ко мне. Мне было жаль, что я запретила ей называть меня своей мамой, но в первую очередь мне нужно было выжить в этом мире.
- Ханиэль, не могла бы ты рассказать, как ты оказалась здесь?
- …Хм?
- Вероятно, ты пришла сюда не одна. Ты помнишь, кто привел тебя сюда?
Мне было смешно задавать такой вопрос трехлетнему ребенку, но отчаянные времена требовали отчаянных мер.
Как бы мне ни хотелось вернуть Ханиэль ее брату, мне нужен был хоть какой-то намек на то, что произойдет, если я это сделаю.
А поскольку она главная героиня, то, скорей всего, была достаточно умна, чтобы понять, о чем я спрашиваю.
- Ханиэль, где ты жила до того, как попала сюда? Помнишь, где находится твой дом?
- …
О, только посмотрите, как закрывается рот этой малышки.
Она быстро уловила направление разговора, как и следовало ожидать от главной героини.
Если Ханиэль была главной героиней, то я была чисто второстепенным персонажем.
И я приготовила секретное оружие для такой ситуации.
- Ну тогда не торопись думать об этом, пока можешь поесть это.
- Что это?.. М-м-м!
Ее и без того большие глаза стали еще больше.
Ом-ном-ном.
Это определенно было то, что шокировало бы вкусовые рецепторы трехлетнего ребенка.
- Это, это вкусно!
- Конечно. Без сомнения, это очень вкусно.
Поскольку ты теперь лебедь, твой нос будет двигаться по рефлексу на этот запах.
Когда я положила перед ней еще немного сушеной рыбы, Ханиэль с удовольствием проглотила ее.
Это была закуска, не соответствующая статусу принцессы, но это было совсем иначе для лебедя.
И я знала все это очень хорошо, потому что... я была такой же.
«Ох, даже слюнки текут»
Сейчас я тоже была в форме лебедя, так что, конечно же, мне тоже не терпелось это съесть.
Рыба, на которую я никогда даже не смотрела, будучи человеком, пробудила во мне аппетит лебедя.
Разве не была я смотрителем зоопарка в своей прошлой жизни?
Кормление только одного лебеденка должно быть для меня куском пирога.
- П-пожалуйста, дай мне еще! Ханиэль хочет съесть еще!
- Хорошо, тогда давай попробуем еще раз, где ты жила до того, как попала сюда?
- Дволец!
Это была малышка-лебедь, потому я хотела задать немного вопросов.
Кстати, это вообще нормально, что она так быстро сдалась?
Я чувствовала, что моя совесть была уколота, но мне еще многое предстояло выяснить.
- Ладно, значит, наша Ханиэль жила во дворце. Но как же ты ушла оттуда? Тебе обычно разрешают выходить на улицу?
- Ломэль-оппа крепко обнял меня и вынес оттуда!
Вот так! Вот так!
Ханиэль продемонстрировала это, обернув крылья вокруг своего тела, продолжая жевать сушеную рыбу во рту. Белое округлое существо было таким сладким, что, мне казалось, будто я смотрю на сладчайшую сахарную вату, которая вот-вот растает у тебя во рту.