Немыслимое подозрение замерцало в моем мозгу, но я отшвырнула его. Я не могла сомневаться в Кэле. Не должна была в нем сомневаться. Что со мной такое, что я подозреваю его? У меня нет ни единой причины не доверять ему.
Но именно этим я уже занималась в следующее мгновение: поиском причин. Объяснений. Доказательств тому, что тревожные мысли, зревшие у меня в голове, были в корне неверными.
Я пролистала бумаги на столе в гостиной, стараясь найти признаки того, что в последнее время Айдлвайлд был обитаем: счета за электричество, почту, журналы, газеты. Не нашла ничего.
Ванная, однако, рассказывала другую историю. На дне унитаза было розоватое кольцо, говорившее, что им пользовались, но не чистили. Полочку и раковину испещряли мазки подсохшей зубной пасты. На зеркале накопились следы от брызг. Я хорошо знала, что мистер Верстеег заплатил бы за уборку дома еще до того, как в конце лета вся семья уехала в город. Кто-то был здесь после Дня труда. Кто-то жил здесь всю зиму. Я нервно сглотнула. Не хотелось думать кто.
Вернувшись в гостиную, я просмотрела ящики стола более тщательно, зацепив взглядом один листок бумаги. Квитанция от Сплавной компании реки Снейк. Чек выдан 15 сентября прошлого года на имя Келвина, спустя многие недели после того, как он якобы отправился в колледж.
Я закрыла глаза, пытаясь беспристрастно разобраться в ужасном подозрении, оформлявшемся в глубине сознания. Кэл? Нет. Нет! НЕТ!
Мэйси О’Киффи, инструктор по рафтингу, исчезнувшая в прошлом сентябре, работала именно на реке Снейк. Там Келвин ее и встретил? Потому и перестал звонить мне, а потом порвал со мною? Они что, стали встречаться, поссорились, а однажды вечером после смены он…
Я не могла закончить мысль. Не могла даже думать о таком. Кэл все восемь месяцев был в колледже. Он не мог убить Мэйси в прошлом сентябре – он вообще никого не мог убить!
Я пощипала себя за переносицу, чтобы снять приступ головокружения. Все это казалось нереальным, запутанным и неясным, как глупый дурной сон. Ну как Келвин мог быть убийцей?
Я принялась с еще большим исступлением копаться в ящиках и вытащила измятое объявление, кричавшее большими буквами «ПРОПАЛ ЧЕЛОВЕК!». Разгладила складки на улыбающемся лице Лорен Хантсмен. Судя по дырке в верхней части объявления, оно было прикноплено к дереву или столбу. Понятно: поисковые партии прочесали всю долину Джексон-Хоул и окрестности. Куча народу, сбиваясь с ног, искала исчезнувшую девушку, а Келвин взял объявление себе на память. На память о том, что сделал.
Да, все так, потрясенно подумала я. Келвин скрывался в Айдлвайлде. Неудивительно, что он так старался отговорить нас с Корби от поездки. Здесь он хранил свою тайну.
Его ложь раскрылась, грозя поглотить меня с головой. Келвин – лжец. Келвин – незнакомец.
Келвин – убийца.
Глава 34
Нужно вытащить Джуда из Айдлвайлда.
Да нам всем нужно выбираться отсюда. Рядом с Келвином мы были в опасности.
Келвин.
Ужасные преступления, совершенные им, – о, Боже, пусть они окажутся ошибкой. Должно быть какое-то объяснение. У него должна была быть какая-то причина. Просто я упустила что-то важное. Еще не поздно помочь ему.
Поднявшись по лестнице, я обнаружила, что дверь спальни приоткрыта. Сквозь щель доносился громкий голос Келвина, захлебывающийся от ярости.
– Где карта?
Он сидел на матрасе рядом с Джудом, спиной ко мне. В бледном мерцании свечи на тумбочке я видела, что пленника неистово колотит озноб – дрожали даже веревки, приковывавшие его к кровати. Келвин перевязал Джуду плечо, но на этом все его заботы о раненом закончились. Он открыл окно – сквозняк залетал под дверь, обдувая мне щиколотки. Еще несколько минут, и в комнате станет так же холодно, как на ледяном воздухе снаружи. У меня было болезненное ощущение, что это только начало пыток, задуманных Келвином.
– А что тебя так интересует эта карта? – Голос Джуда ослабел от боли, он дышал короткими неровными хрипами.
Келвин фыркнул – негромко, но жестоко, и у меня зашевелились волосы на голове.
– Вопросы здесь задаю я.
Подсматривая в щель, я видела, как Келвин наклоняет свечу над незастегнутой рубашкой Джуда. Тот резко втянул воздух, а потом позволил себе тихий стон.
– Еще раз: где карта?
Джуд выгнулся, пытаясь освободиться, но без толку – веревка была крепкой.
– Спрятал.
– Где?
– Так я тебе и сказал, – огрызнулся Джуд, его вызывающий ответ заслуживал восхищения, учитывая, что он был целиком и полностью в руках Келвина и, должно быть, испытывал ужасную боль. Восхищения-то, может, и заслуживал, но Келвин ждал другого. Он снова наклонил свечу, капая воском на грудь Джуда. Тот напрягся всем телом, потом снова застонал. Пот выступил у него на висках, но все остальное тело продолжала бить дрожь.