Глава 22. Смерть директора
Глава 22. Смерть директора
Начался новый учебный триместр. Аннабель все так же работала со Слизнортом, помогала готовить кабинет к уроку, а иногда и проводила сами уроки, если накануне профессор слишком долго предавался воспоминаниям в компании выдержанной медовухи. Она также продолжала работу над учебниками зельеварения. Только теперь она все делала сама, не прибегая к помощи профессора. Волшебница рассчитывала, что по старой договоренности Снейп прорецензирует ее работу. А вот уже с такой весомой рецензией она смело сможет показать ее новому преподавателю зельеварения.
Увидеться с Северусом для Аннабель теперь было большой удачей. Мало того, что они почти не пересекались в коридорах школы, так ещё и почти все свободное время он проводил с директором или со своими слизеринцами. Особенно много хлопот ему доставляла необходимость присматривать за Малфоем.
Снейп никогда не посвящал ее в свои дела и планы. Это было небезопасно для многих, она это понимала и не задавала вопросов. Ей было достаточно, что ему безоговорочно верит Дамблдор и постоянно просит его о помощи. Да и она сама абсолютно ему доверяла. Кроме того, девушка давно научилась отдавать предпочтение своим чувствам и ощущениям, нежели домыслам и слухам. Северус был искренне благодарен ей за это и очень ценил.
Но сейчас назревало что-то очень серьезное. И дело даже не в том, что Снейп редко к ней приходил, а в том, что раз от раза он был все более уставшим и более мрачным. Иногда он приходил и за весь вечер в прямом смысле не говорил ни слова. Тогда Аннабель укладывала его на диван у камина прямо как есть в одежде, обнимала, гладила, тихо напевая, или рассказывала истории. Он просто лежал, смотрел на огонь, слушал ее рассказы и ровный стук сердца. Иногда они даже засыпали в такой позе на том же тесном диване.
В один из таких разов Аннабель приснился сон: она подходит к главным дверям Хогвартса и видит, как на каменных ступенях лежит огромный черный лев, как будто защищая вход в замок. Глаза хищника плотно закрыты, он лежит на боку без дыхания. Аннабель во сне прекрасно понимает кто это. Она подходит, опускается перед ним на колени, берет в руки бархатную лапу, гладит и целует ее, но лев не реагирует. Девушке трудно вдохнуть, ее душат слезы, она видит как капли падают на черный мех. Аннабель бросается зверю на шею, трясет его, зовёт, умоляет встать. Но хищник не шевелится, Черный лев мертв.
Аннабель вскрикнула во сне и проснулась. В камине догорают угли. В темной комнате только они с Северусом лежат прижавшись в объятиях друг друга. Он спит, дыхание спокойное и ровное. Аннабель не нужно было толкователя, она прекрасно поняла свой сон. Ещё плотнее прижавшись к Северусу, она поцеловала его в грудь, прямо туда, где пока еще билось его сердце.
Поздним июньским вечером Снейп влетел в ее комнату без стука, чего никогда не делал прежде. Он почти рухнул на диван рядом с ней и сложился пополам, закрыв лицо руками.
- Северус, - осторожно позвала Аннабель испуганным голосом. Но он не отозвался и не пошевелился.
Как всегда, не задав ни одного вопроса, она осторожно обняла его. Его тело было каменным, каждый мускул был напряжен до предела. Волшебница понятия не имела, что случилось, но тихо проговорила: "Я с тобой, Северус. Что бы не случилось, я с тобой". Наконец он пошевелился, отнял руки от лица и тихо произнес:
- Я должен совершить ужасную вещь, - Аннабель выпрямилась рядом с ним на диване. - Я должен убить Дамблдора.
На этих словах рука девушки прижалась ко рту. Она почувствовала как кровь с силой ударила в голову. Как во сне, она сползла с дивана на пол и встала перед ним на колени, заглядывая в глаза. Его лицо исказила мУка.
- Ты хочешь убить Дамблдора? - чуть слышно спросила она.
- Не хочу. Мне придется.
Ее глаза расширились от ужаса.
- Почему?
- Потому что он приказывает мне это.
Сбитая с толку Аннабель продолжала молча на него смотреть.
- Директор смертельно болен. И приказывает мне в назначенный час убить его. Об этом никто не должен узнать. И возможно сейчас я совершаю ошибку, рассказывая тебе это. Но после моего поступка все изменится и никогда не станет прежним. Я хочу, чтобы ты знала правду. Для меня это важно.
Черные глаза Северуса прожигали Аннабель насквозь, будто он пытался сказать ими то, что нельзя было говорить словами.
- Когда? - сдавленно спросила Аннабель.
- Я не знаю точно. Может через день, может через месяц.
Она продолжала ошарашенно на него смотреть, пытаясь осознать все то, что он сказал. Вдруг он подскочил с места и умчался также стремительно, как появился. Аннабель осталась сидеть как сидела на коленях не в силах подняться. Она тяжело дышала глядя на дверь.