Глава 1
В это утро я сильно опаздывала. Впрочем, как и всегда, но сегодня степень моего опоздания была слишком высокой и составляла уже полчаса. Пара уже идет полным ходом, наша «любимая» преподша наверняка распинается о важности предстоящего экзамена все громче и громче, а я трясусь в маршрутке, и многие пассажиры на меня таращатся так, как будто я только что свалилась с луны прямо на сиденье.
Отчасти я их, несомненно, понимаю. На улице конец мая, уже вовсю светит солнце, люди ходят в легких штанах, шортах и футболках с коротким рукавом, платьях и сарафанах. Листья на деревьях распускаются навстречу ласковым солнечным лучам, нигде нет ни горстки снега и льда, птицы выводят свои трели на разные лады, радуясь теплу, и мое одеяние не совсем уместно.
На мне были черные джинсы с огромным шипастым ремнем, черно-красная кофта с длинным рукавом, поверх которой была черная короткая кожаная куртка нараспашку, отделанная множеством серебристых клепок и создавалось впечатление, что она из них состоит. На ноги сегодня я надела высокие кроссовки почти до колен, на которых были изображены красные черепа. И вот эти мои ботики попутчики и попутчицы принимали за сапоги и удивлялись. И это вполне понятно, что в мае в сапогах как-то должно быть жарковато, но они заблуждались, это была всего лишь такая разновидность кроссовок, причем из легкой ткани, поэтому никакого дискомфорта я не испытывала. Когда же удивленные пассажиры поднимали глаза на мое лицо, то они у них медленно начинали заползать на затылок. По всему видимому их поражал мой макияж и прическа.
На мой взгляд, ничего особенно удивительного в прическе не было. Я просто, наконец, осуществила свою давнюю мечту и сделала себе кучу черных косичек. Единственный минус этого занятия, что плести пришлось достаточно долго, так как длина - ниже пояса, а косичек в общей сложности штук сто пятьдесят. Но моя мама блестяще справилась с поставленной задачей. Сначала она очень долго упиралась, говорила, что я сумасшедшая, что так никто не ходит из нормальных людей, и что врач был прав.
История про врача была еще до моего рождения, когда мама была беременна мною, женщина-врач после проведенного узи сказала ей, что будто бы я должна родиться глупенькой. К счастью, ее прогнозы не сбылись, но я родилась в десять месяцев, вместо положенных девяти, вот до какой степени мне было лень появляться на свет.
В детстве я была обычным ребенком, играла в мяч и куклы, лазила по деревьям, заборам и верандам. Но лет в пятнадцать, после ряда предательств друзьями, я замкнулась в себе и начала увлекаться магией, вдруг так сразу, ни с того, ни с сего, меня потянуло в эту сферу. Что-то даже получалось вначале, но чтобы чего-то добиться нужно, обучаться постепенно и с азов, и притом должен быть квалифицированный учитель, но, к сожалению, такового у меня не имелось, поэтому я тыкалась как слепой котенок, и впоследствии наделала кучу глупостей, в виде попыток наведения сглаза на неугодных мне людей, что, конечно же, потом мне аукнулось в виде больших и маленьких проблем, видений разных сущностей в зеркалах, а также снов-кошмаров, к которым я впоследствии привыкла.
Во снах приходили мертвые, как родственники, так и чужие люди, пытаясь мне что-то сказать. Сначала было жутко и страшно, я просыпалась среди ночи в истериках, потом я старалась не бояться их, хотя бы родственников. Просто мой мозг отказывался понимать такие вещи, что человека нет, он лежит под толщей земли, его едят черви, и вот тот же человек стоит передо мной, и говорит со мной, абсолютно целый и довольный. Сны были настолько реалистичными, что создавалось впечатление, что все происходит наяву, это и пугало больше всего. Я видела добрых и злых духов во снах, некоторые пытались меня убить, не пускали к свету, но я не понимала что это чревато плохими последствиями, а точнее не хотела понимать. Мной руководила жажда мести моим обидчикам, и я медленно, частями, но продолжала отдавать, сама того не осознавая душу темным силам.
Как ни странно практически ни одно злое дело у меня не получалось, словно кто-то оберегал меня от этих попыток упасть в низину, и я прекратила заниматься этим. Но мне было нужно чем-то себя занять, и самое главное хотелось отличаться от многих, и однажды, придя в гости к сестре, я увидела одну группу, и самое главное ее вокалиста. Его, тогда еще тонкий, юношеский голосок покорил меня на ближайшие пять лет. Он был очень красив, на мой взгляд, высокий, худощавый, с длинными черными волосами, накрашенными черными тенями глазами, всегда в черной одежде. Вот тогда я и стала неформалкой. Я стала копировать его во всем, макияж, прическа, стрижка, одежда, в поисках которой я бегала по всему городу, лишь бы найти такую же или очень похожую. Я стала жить им, я любила его, точнее его образ, созданный газетами, как я потом поняла. Плакатами с его изображением была увешана вся моя комната, заставки телефона, компьютера были только с ним. Мысленно я была с ним каждую секунду, скупала наклейки с его изображением, а также кулоны, закладки, майки. Так прошло пять лет. Со временем я поняла, что я любила лишь картинку, а человек, которого я представляла самим совершенством, оказался абсолютно другим и вся любовь резко прошла.