Как только парни начали переодеваться, мы с сестрой, конечно же, отвернулись. Они посмеивались над нами, на разные голоса призывая повернуться и посмотреть на разные места, которые они готовы нам продемонстрировать. Особенно старался Акс, но мы, как бы ни хотелось (уж сама себе-то врать не стану!), держались стойко.
Макияж мы начали с Джара. Я провела черной краской прямую линию, делившую лицо на две части, одну часть Кира закрасила угольно-черной краской, а вторую – кипельно белой. В той части лица, которая была закрашена белым, я накрасила ему глаз черными тенями и велела надеть черную линзу с белым зрачком, а на черной половине лица глаз я накрасила белыми тенями и велела надеть белую линзу с черным зрачком соответственно. Его черные волосы я чуть приподняла и зачесала назад и чуть в бок.
Следующим был Томас. Его длинные волосы я просто расчесала и забрала в хвост. Лицо Кира полностью замазала белой краской, а вокруг глаз я нарисовала звездочки, от которых отходили черные потеки, будто бы он плакал черными слезами и они так и застыли на его лице.
Далее подошла очередь Акселя. Вот тут было непросто, его шаловливые ручонки будто бы невзначай постоянно касались то меня, то Киры. И если ее он аккуратно хватал за ручки и пытался их поцеловать, то меня все время норовил ущипнуть или погладить за что помягче. И он не успокоился до тех пор, пока я не шлепнула его по рукам с характерным звуком, на что тут же отреагировал Криас, показав своему гитаристу кулак. Тот принял совершенно невинный и страдальческий вид, аки агнец на заклании, сложил на коленочках,
как примерный первоклассник, и все-таки позволил закончить нам привести его в истинно демонический вид. Кира замазала его лицо белой краской, я накрасила ему глаза черными тенями с бордовым оттенком, от глаз до середины щек вились красные дорожки кровавых слез, а губы были рубиново-красного цвета с кровавым подтеком возле уголка рта. Его короткие волосы я зачесала к середине головы и поставила ежиком, получилось что-то вроде ирокеза. Красные линзы довершили его образ.
Следующим стал Криас. Его белые волосы мы расчесали, намазали гелем для укладки, высушили феном, чуть подкручивая и его блондинистые волосы стали немного волнистыми. Лицо я велела полностью намазать белой краской. Никогда не видела сестрицу, так увлеченно раскрашивающую что-либо. Ну, правильно, это же не что-то там, а физиономия блондинистой личности. Лучше б так забор упоённо красила! А то как не попросит бабка ее помочь, так она не умеет, а тут вон чего, сразу научилась, а ведь забор проще красить… Ну теперь точно не отвертится, сдам ее бабке с потрохами! Когда Кира уже заканчивала свою творческую работу, к ней аккуратно подкрался Акс, и будто бы случайно что-то уронил возле нее, но Кира даже не заметила. Тогда он, гадко ухмыляясь, нагнулся, чтобы поднять оброненную вещицу, и будто бы совершенно случайно толкнул ее бедром в бок. Кира не ожидавшаяся такого поворота, не удержалась на ногах и рухнула прямо в объятия Криаса, обняв его за шею и уткнувшись грудью прямо в его белое личико. Не прошло и секунды, как раздался дружный хохот ребят. Я тоже оценила затею, улыбнулась и показала Акселю класс. Кира отлипла от своего блондинчика, который, как оказалось, совершенно не злился, а довольно улыбался. Кира посмотрела на испачканную белой краской грудь, потом на Криаса, затем на Акселя и покраснела. Какой контраст! Бело-розовая Кира. Зефирка просто, а не девушка, то-то Криас такой довольный, небось с удовольствием откусил бы кусочек. Кира пискнула и кинулась на Акселя, который с веселым хохотом удирал от нее, нарезая круги вокруг диванчиков и перепрыгивая на ходу коробки и столы. Парни заливались хохотом, глядя на злую Киру. Я посмотрела на часы. Черт, времени не так много осталось!
- Так, прекращайте свои веселые старты, - со смешком произнесла я, - У нас мало времени, а у нас еще мистер Самодовольство некрашеный сидит, - я бросила мимолетный взгляд на Клайса, но он лишь скривил губы в усмешке.
Спустя полчаса мы все же завершили макияж Криаса. Правая сторона его лица была абсолютно белой, а на левой я нарисовала тонкую сетку черной паутины, в которой (на щеке) замер большой мохнатый паук с оскаленными жвалами, поджидающий добычу. Криас довершил образ, надев абсолютно черные линзы.
И наконец, очередь дошла до Клайса.
- Решила оставить самое сладкое напоследок? – тихо прошептал он, чтобы услышала только я.
- Отнюдь, напоследок я оставляю обычно самое гаденькое, такое, как комочки в манной каше, к примеру, - ехидно улыбнулась я.