Глава 5
К тому времени как мы с Лешкой и Рябининой оставили в покое новых обитателей «Китежа», все уже давно разошлись. Первыми были преподаватели, а затем тоненьким ручейком потянулись и ученики. Холодно было, слишком долго не постоишь, да еще и прохладный ветер с озера… Вот и начали расходиться понемногу.
Кроме того, некоторые думали, что живые деревья — это гораздо веселее, чем несколько практически неподвижных елок, которые стоят на месте и качают кронами. Разве что Теретей отдувался за старших и время от времени перебегал с места на место, прячась то за одним деревом, то за другим.
По большому счету, Нарышкин тоже давным-давно уже сбежал бы отсюда в теплую комнату общежития и находился здесь только из-за дружеской солидарности со мной. Так что интересно было только мне и Рябининой.
Мне, потому что я время от времени переговаривался с Эмерентой, ну а Яна Владимировна, судя по всему, просто получала наслаждение от взаимодействия с живыми деревьями. Она все время гладила их, рассматривала и что-то приговаривала. Понятия не имею, что именно, слишком неразборчивым было ее бормотание.
Кстати, опытным путем выяснилось, что общаться со мной может только Эмерента. Во всяком случае, все остальные деревья молчали, и если в случае с Теретеем можно было предположить, что он еще не научился этого делать в силу своего юного возраста, то насчет остальных я не знал что и думать.
Вполне возможно, что Эмерента разговаривала со мной на правах старшего живого дерева или что-то такое. Я же не знаю, какие у них там порядки заведены. Вот если мой Бродяга со временем полностью трансформируется в нечто подобное, тогда у него и поспрашиваю.
Обратно мы шли довольно бодро. Во-первых, порядком замерзли, а во-вторых, пошел мерзкий и неприятный дождь со снегом, который придал нам дополнительного ускорения.
Дружной компанией мы направились в главный корпус. Сначала отогрелись несколькими кружками горячего какао в столовой, а потом наши пути разошлись. Рябинина ушла в свой кабинет, чтобы срочно заняться написанием статьи для магического еженедельника «Современная магия».
Самый скучный цифровой журнал про магию, который только попадался мне на глаза. В основном всякие умные статьи, от которых у меня голова начинала болеть. Как можно писать такими скучными и длинными словами, просто караул. Самое интересное, что это еще кто-то читает. Не удивлюсь, если только преподаватели магических школ и университетов.
Ну а мы с Нарышкиным направились в общагу. Он хотел в горячий душ и под теплое одеяло, а вот у меня были другие планы. Перспектива схлопотать завтра пару отработок меня никак не устраивала, поэтому я решил посвятить сегодняшний вечер углубленному изучению теории создания стихийных эликсиров. Хотелось произвести на Компонента хорошее впечатление.
В руках с планшетом я и заснул. К сожалению, намного раньше, чем планировал. Поэтому не могу с уверенностью сказать, что завтра сражу Щекина своими поразительными знаниями. Однако основные моменты я все-таки уловил, так что полным остолопом явно не буду выглядеть. Именно с такими мыслями я и направлялся в условленное время к подземной оранжерее.
— Не переживай, мой мальчик, если Щекин захочет, ты будешь выглядеть полным идиотом даже если вызубришь все книги по алхимии наизусть, — решил приободрить меня Дориан. — Этот тип всегда найдет возможность показать тебе насколько ты безнадежен.
Один из тех моментов, когда я был полностью согласен со своим другом. Как это не прискорбно, но дело обстояло именно так. Компонент был скупым на комплименты для учеников.
К тому моменту когда я пришел, наставник был уже там и подвязывал тяжелые листья черного ползовика, которые напоминали огромные лопухи. Хотя Щекин был строгим и требовательным, мне нравилось его отношение к делу, и я всегда удивлялся — как он все успевает?
И за растениями в оранжереях приглядывать, и за животными своими ухаживать, и компоненты ночами собирать, еще и нам преподавать. Просто титан какой-то, а не человек!
— Ты забыл про «Тигель» и «Арканум», — напомнил мне Мор. — Он еще и для кружков своих время находит. Кроме того, еще и с тобой отдельно занимается.
— Я и говорю, что не человек, а просто монстр какой-то…
— Как настроение, Темников? — спросил меня Компонент, не отрываясь от своего растения.
— Отлично, Борис Алексеевич. Настроение боевое, готов работать хоть до утра! — отрапортовал я.