Глава 8
Я рассказал Черткову как нужно правильно употреблять эликсир, причем, зная его характер, на всякий случай дважды повторил ему дозировку и что ее не следует менять как ему вздумается. Ну а если после этого вдруг что-то останется, то ничего допивать не нужно.
Хотя последнего случиться не должно. Чтобы избежать всяких казусов, я вымерял все максимально точно. Если наставник будет следовать моим указаниям, то Эликсир Жизни должен закончиться ровно на одиннадцатый день.
Мы проговорили с Чертковым больше двух часов, и к тому времени, когда я вышел от него, часы показывали, что через полчаса будет полночь. Вообще-то, я не так планировал закончить этот вечер, но чувствовал, что несмотря ни на что, в этот вечер Александр Григорьевич очень нуждался в моей компании. Не мог же я его бросить в такой момент?
Старик все время посматривал на пузырек, как всегда, старался выглядеть собранным и серьезным, однако по его взгляду чувствовалось, как сильно он взволнован.
Хотя он и рассказывал мне про свои последние похождения в некрослое и о том, что меня ждет в ближайшее время, на самом деле его мысли были далеко. Думаю, в этот момент он размышлял только об одном — насколько серьезно стоит относиться к моим словам и к неизвестной жидкости в пузырьке.
В какой-то момент я понял, что мне пора уходить, а ему пришло время наконец покончить со своими тревогами и принять первую дозу Эликсира Жизни. Только это уже без меня. На прощание он все-таки смог выдавить из себя «спасибо, Темников», что в случае с Александром Григорьевичем было высшей степенью признательности.
Понятное дело, что возвращаться домой было уже поздно, да и сил у меня на это уже просто не оставалось. Я решил остаться на ночь в «Китеже». Так будет даже лучше. Спокойно схожу в Берлогу, отдохну как следует… По-моему, я это заслужил.
— Какие могут быть сомнения, мой мальчик? — удивился Дориан. — Ты разгадал тайну книги Кайсаровых и создал Эликсир Жизни! Тебе за такое положен килограмм конфет!
— Еще неизвестно, поможет он или нет… — сказал я и кивнул на прощание охраннику, который строго посмотрел на меня и сделал какие-то пометки в своем журнале.
— Это второй вопрос, который от тебя уже не зависит. Все что мог, ты сделал, — решил утешить меня Мор. — Хотя ты прав, будет немного обидно, если после всего, что пришлось сделать ради этого пузырька, ничего не получится.
По пути в общагу я предупредил деда, что останусь на ночь в школе и позвонил Ибрагиму, чтобы тот отправлял внедорожник обратно на базу «Теней». Затем поднялся по пустой общаге в свою комнату и наконец без сил опустился на кровать, опершись спиной о стену.
— Почему ты все время носишь эти четки с собой? — первый раз за этот вечер решил подать голос Петр Карлович. — Это твои счастливые талисманы?
— Что-то типа того, — ответил я и посмотрел на нить разноцветных даров демонов хаоса на своей руке. — Я без них никуда не выхожу.
— У меня тоже при жизни всегда с собой талисманы были, — поделился Градовский. — Ровно шестьдесят шесть штук. Я же предсказатель, нам без талисманов никак.
— Врет, собака! — возмутился Дориан. — Ни стыда, ни совести! Развей его, Макс!
— Сам-то ты чем лучше? — не смог я сдержать улыбки, вспоминая некоторые из рассказов своего друга, которым поначалу верил безоговорочно. — Ты мне когда-то такое рассказывал, засыпать страшно было.
— Зато вырос нормальным человеком, — ответил он. — Кстати, так нагло я тебе никогда не врал.
Тем временем Градовский медленно летал по комнате и тщательно ее осматривал. В конце концов, он замер на том самом месте, где раньше всегда стоял на страже моего сна Ибрагим. Он повис в углу под потолком и оттуда спросил:
— Ничего, если я тут буду все время висеть? Отсюда обзор получше.
— Виси где хочешь, самое главное, чтобы не у меня перед глазами, — разрешил я. — Кстати, на ближайшие несколько часов ты точно свободен, так что можешь поболтаться по территории, если хочешь. Мне нужно телепортироваться в одно место, немного отдохнуть…
— Будет интересно посмотреть, за что ты выбрал для обучения эту дыру, если есть «Тирлич». В прежние времена здесь учились одни неудачники, — сообщил мне Градовский.
— Времена меняются, — сказал я. — Кстати, что-то ты слишком разговорился, тебе не кажется? Так-то вообще я не очень люблю всяких типов, которые учились в «Тирличе»…
После моих слов объятая пламенем голова медленно исчезла в соседней стене. Видимо Петр Карлович решил дальше не выяснять, чья школа круче, и очень правильно сделал. Сейчас у меня для этого было явно не самое подходящее настроение.