Однако, немного поразмыслив, пришел к выводу, что даже если готовить его крайне редко, то выгода будет даже больше. Вполне может быть, что она не будет измеряться деньгами, но сути дела это не меняет. В конце концов, деньги — это еще не все, что существует в этом мире.
— Мудрые слова, внучек, очень недурно… — уважительно протянул дед. — Но ты говорил еще о какой-то книге, в которой можно отыскать рецепт…
— Об этом можешь не беспокоиться деда, — сказал я, вспомнив о своей уютной Берлоге. — Во-первых, она находится в таком месте, где ее никто и никогда не найдет, поверь. Во-вторых, разгадать ее тайну просто невозможно. Для того, чтобы это сделать, нужно иметь очень полезные связи и некоторые знакомые должны быть даже не из нашего мира.
— Вот как? — хмыкнул дед. — Не из нашего мира, говоришь? Хорошенько тебя поносило… Ну а если попытаться определить из чего сделан эликсир, если вдруг кому-то в руки попадет образец?
— Тоже исключено, деда, — улыбнулся я. — Двадцать компонентов, четыре составных эликсира в определенной последовательности, плюс ко всему там есть кое-какие секреты приготовления…
— Согласен, — кивнул он и махнул рукой. — Дальше можешь не продолжать. Без рецепта приготовить его невозможно, ты прав.
В этот момент на кухню вальяжно ввалился призрак Гонана Иллюзорного, рядом с которым плыла голова Градовского. Увидев Фауста, который при виде их спрыгнул на пол, они дружно развернулись и поспешили на выход из кухни.
— Что же, тогда мне остается только порадоваться, — сказал дед и удовлетворенно вздохнул. — Судьба подарила мне очень умного внука, на которого можно без всякого страха оставлять род и не беспокоиться о его будущем.
— Ты опять за свое? — нахмурился я.
— Это я так… По привычке… — ответил он. — Предлагаю сегодня вечером устроить небольшое торжество по этому поводу. Что скажешь? Заодно с Софьей вместе продегустируем эликсир.
— Извини, деда, но без меня продегустируете, у меня планы, — сказал я. — Давно обещал помочь Лазаревой в одном важном для нее деле, так что сегодня вечером мы с ней должны уехать.
— Жаль… — расстроился дед. — Далеко?
— Понятия не имею, — честно ответил я. — Как только узнаю — сразу дам знать. Но думаю, это ненадолго. Максимум на пару-тройку дней, не больше.
— Эх… Ну ладно… Тогда давай хотя бы пообедаем вместе.
— Не могу. Совсем не могу. Прямо сейчас собираюсь, потом заскочу к Вороновой на пару слов, а затем сразу к Нарышкиным, — я бросил взгляд на стену, где висели часы. — Там меня Жемчужников будет ждать. Нужно ведь со всеми поговорить, все объяснить… Сам понимаешь…
— Тогда поехали вместе в «Волшебный Базар», что я буду здесь один сидеть? Пока вы там с Софьей будете общаться, посмотрю, что там и как.
К Вороновой я заехал с одной целью — чтобы она присматривала за дедом, после того как тот эликсир примет. Все-таки пожилой человек, мало ли что… Честно говоря, я думал, Софья будет возмущаться, что я не беру ее с собой, но, к моему удивлению, она отнеслась к этому спокойно.
— Макс, но я же не совсем дура… Понимаю ведь, что буду вам только мешать. Пока из меня такой темный маг, как из пингвина сокол… — с грустью в голосе сказала она. — Двоечница…
Было такое дело. Пока у Вороновой не со всеми предметами хорошо получалось. По некромантии, основному предмету темных классов, у нее прямо беда. Софья жаловалась, что на последней практической, которая проводилась на старом кладбище, она даже скелет из могилы поднять не смогла. Он у нее застрял на полпути где-то…
Она из-за этого всего сильно расстраивалась, конечно же, хотя я был уверен, что пока ничего страшного в этом нет. У нас у многих ребят на первом курсе такая же ерунда происходила, а потом ничего, понемногу втягивались. Просто в какой-то момент должен был произойти своего рода прорыв, а дальше пойдет дело.
— Ну ладно, не ной, — сказал я и поцеловал ее в горячую мокрую щеку. — Сто раз тебе говорил, что все будет в порядке. Зато у тебя по призыву все хорошо. Какая разница, призвать скелета или из могилы вытащить?
— Большая, сам знаешь… — шмыгнула она носом и нежно поцеловала меня в губы. — Смотрите там осторожнее. Я тоже скучать не буду. Пока тебя не будет, золото перетащу из Зазеркалья. Оно тяжелое, оказывается. Вот только пока непонятно куда его складывать? Если в погреб — Тимофей Игоревич увидит. Что я ему скажу?
— Пусть пока в комнате у тебя лежит, — с улыбкой ответил я, представив удивленное лицо деда, когда тот решит спуститься за чем-нибудь в погреб и обнаружит там кучу золота рядом с картошкой. — Я приеду, вместе расскажем. У меня от деда секретов нет. Все равно ведь нужно будет как-то объяснять откуда оно взялось.