— Это точно, — сказала она и вздохнула.
Мы молча смотрели друг на друга, а с неба сыпал мягкий снег, который в этот момент вдруг стал гуще.
— Хорошо, Максим, будем считать, что договорились, — Урусова протянула мне руку. — Тем более, что я тоже приглашена на Императорский Зимний бал. Вдруг нам придется вместе танцевать, все ноги мне оттопчешь.
Да ладно! Вот это новость… Надо же какое неожиданное совпадение…
— Ну все, мой мальчик, начиная с сегодняшнего дня можешь дверь в свою комнату на ночь заколачивать, — хохотнул Дориан. — Боюсь, одного Святого Знака мало будет!
— Ты это о чем?
— Об Огибалове, само собой! — не унимался Мор. — Он теперь пока глотку тебе не перегрызет, не успокоится!
— Ну и чего ты ржешь? Смешно дураку, что ухо на боку… — ответил я. — Зубы он обломает, пока грызть будет…
Глава 14
Договорившись таким образом с Прасковьей, я двинулся в сторону оранжереи. Думаю, что рабочие уже давным-давно справились со своим заданием, так что по моим приблизительным расчетам, вскоре там должно было произойти знакомство Плюмума и Теретея.
Мне совсем не хотелось опоздать к началу, поэтому я поторапливался и шагал довольно быстро, временами практически переходя на бег. Рядом со мной несся Градовский и все время канючил, что так поздно узнал про секцию йоги у девчонок. Ну а я тем временем раздумывал о нашей встрече с Урусовой и еще раз прокручивал в голове наш с ней разговор.
Больше всего мне почему-то не давала покоя мысль, что она также окажется на Зимнем Императорском балу. Не то чтобы Прасковья не могла там присутствовать, но это прозвучало для меня как-то неожиданно. Хотя при этом все было вполне логично. Лешка побольше моего разбирался во всех этих родовых раскладах, и если верить его словам, то как раз род Урусовых занимал в нем не последнюю роль. Так что, чему здесь удивляться?
Однако, к тому моменту, когда на горизонте показалась оранжерея Щекина, я уже привык к этой мысли. Теперь меня заинтересовал другой вопрос — интересно, а кто там еще будет из нашей школы? Явно ведь знакомых будет хоть отбавляй… Кстати говоря, и Огибалов, скорее всего, тоже там окажется, и это будет очень любопытно. Наверное…
Я всегда считал, что самое лучшее впечатление оранжерея Бориса Алексеевича производит вечером. Внутри нее всегда горел слабый свет, и, кроме того, еще растения, которые росли внутри нее, имели особые свойства в виде разноцветных источников света.
В темное время суток это всегда выглядело очень эффектно и таинственно. Так и хотелось подойти поближе, чтобы рассмотреть, что происходит внутри и какие из растений дают такой волшебный свет. Собственно говоря, на первом курсе я этим частенько и занимался по вечерам, пока не выучил практически все растительное богатство Компонента.
Вот и сегодняшний день не стал исключением. Разве что добавился еще один фактор, усиливающий таинственную прелесть оранжереи, — снег, который окружил ее пушистым белым ковром. Ну и еще свет внутри оранжереи. Сегодня он был немного ярче, чем обычно в это время суток.
К тому времени, как я оказался на месте, все уже были в сборе. Даже добавился еще один любопытствующий зритель в виде Бродяги. Судя по всему, мой дуб решил лично проконтролировать как пройдет знакомство, а может еще по какой-то причине.
Кто их знает, эти живые деревья? Явно ведь они тоже о чем-то своем разговаривают. Хорошо хоть Эмерента не пришла со всеми остальными, иначе возле оранжереи Щекина спонтанно появилась бы небольшая роща. Похоже я примчался вовремя, еще бы несколько минут, и мог бы пропустить начало этого любопытного представления.
— Где тебя носит, Темников? — недовольно пробурчал при виде меня Борис Алексеевич. — Уже вся твоя лесная банда собралась, только тебя одного дожидаемся.
На самом деле Щекин немного преувеличил. Оказывается, рабочие только недавно закончили возиться с ремонтом оранжереи и в данный момент занимались сбором своих инструментов. Кстати говоря, в конструкцию в виде деревянной двери, через которую Теретей должен был шастать в гости к Плюмуму, внесли небольшие изменения.
Теперь в самом центре красовалось небольшое деревянное окошко с примитивной защелкой, с которой при желании мог справиться Теретей. Рябинина сказала, что это для тех случаев, когда дверь в оранжерею будет закрыта, а им захочется пообщаться. Лучше так, чем новую дверь ставить.
Борис Алексеевич был очень недоволен тем, что сегодня отменилось очередное заседание «Арканума», поэтому все время нервничал и призывал Яну Владимировну поскорее покончить с этой процедурой.