На обратный путь в свою комнату я потратил намного больше времени, чем на дорогу в главный корпус. Самое меньшее, чего мне сейчас хотелось бы, это столкнуться еще с какой-нибудь некротварью. Однако и медлить было особо нельзя. К этому моменту я уже провел в некрослое довольного много времени, так что слишком сильно затягивать свое пребывание здесь, это не самая лучшая идея.
В какой-то момент мне вновь стало плохо и я подумал о том, что, может быть, стоит принять второй эликсир, пока не поздно? Но решил еще немного подождать и, как оказалось, правильно сделал. К тому времени, когда я вновь оказался в своей комнате, у меня уже начинала кружиться голова, однако я смог справиться.
Как куль с мукой, я вывалился из портала на пол своей комнаты и еще некоторое время приходил в себя, пока Градовский оглашал все вокруг своими радостными воплями.
Когда пришел в себя, я не спеша разделся, попросил Петра Карловича замолчать и забрался под одеяло. С чувством выполненного долга я закрыл глаз и заснул, чтобы всего лишь через несколько часов встретить новый день, который начался для меня очень неплохо.
Во-первых, дед прислал сообщение, что Софье стало намного легче и она даже выбралась к завтраку. В ответ я написал ему, что это здорово и перезвоню чуть позже, после занятия с Чертковым.
Ну а во-вторых, моя нога сегодня утром чувствовала себя намного лучше, чем в некрослое. Вот это было просто отличной новостью! По правде говоря, я сильно переживал, что на занятии с Александром Григорьевичем из-за этого не смогу выложиться по полной, если это от меня потребуется. Теперь же совсем другое дело!
Раньше Чертков настаивал на том, чтобы я не завтракал перед занятиями с ним. Он считал, что сытый желудок отвлекает мои мысли и слишком расслабляет тело. Однако со временем он стал менее жесток и разрешал мне выпить утром чашку чая и съесть что-нибудь легенькое.
Меня это очень радовало, поэтому перед встречей с ним я заглянул в столовку и с удовольствием перекусил. После походов в некрослой всегда жутко хотелось есть. Понятия не имею, отчего так происходило, но тем не менее это было именно так.
Чашку чая я решил заменить большой кружкой какао, которым запил полдюжины блинчиков со сгущенным молоком. Я бы осилил еще столько же, но решил, что наставник все-таки прав — не стоит объедаться перед занятием. Если меня сегодня ждет не теория в виде новых некросимволов, а практика, то каждый следующий блинчик будет явно лишним.
С учетом довольно раннего времени и выходного, в столовой я был один. Поэтому повара с удивлением смотрели с каким удовольствием я ем. Еще бы… Думаю, со стороны это выглядело забавным. Примчался, слопал шесть блинчиков, быстро запил их обжигающе горчим какао и убежал. Был бы на их месте наш доблестный мастер-смотритель Борисов, он бы точно заподозрил что-то подозрительное и написал бы по этому поводу докладную Орлову.
Однако смотрителя в столовой не оказалось, поэтому по пути в нашу учебную комнату за мной даже никто не наблюдал. Разве что Александр Григорьевич, который пришел немного раньше и смотрел на меня своим вечно мрачным взглядом, как будто я только что совершил смертный грех.
Наставник ждал меня возле двери в ту часть подвала, где мы занимались, и как только я подошел поближе, неожиданно спросил вместо приветствия:
— Темников, мое обоняние меня подводит, или ты совсем недавно был в некрослое?
От неожиданного вопроса у меня открылся рот, но я смог справиться с внезапным ударом и попытался с невинным видом задать встречный вопрос:
— Конечно нет, с чего вы взяли?
— Пфф… — фыркнул Чертков, затем молча открыл дверь и потопал по лестнице в нашу учебную комнату.
Между прочим, шагал он довольно уверенно. Даже лучше, чем в прошлый раз, что меня очень порадовало. Значит Эликсир Жизни имеет пролонгированное действие и продолжает лечить после того, как его прием давно окончен. Отличная новость.
Тем временем я отметил, что у Александра Григорьевича появилась новая папка для бумаг. Она была черного цвета и сделана из пластика, а не из бумаги. Судя по всему, меня сегодня ждала все-таки теория, а не практика. Жаль… Знал бы раньше, можно было бы слопать и еще пару блинчиков… В моем животе для них как раз было отличное местечко…
— Так что ты там делал? — еще раз спросил наставник, усаживаясь на стул и на всякий случай предупредил: — Если еще раз соврешь, врежу тебе разок тростью для ума…
Вот зараза, похоже мне не выкрутиться… Надо у него узнать, как он об этом догадался… Правда перед этим придется ответить на его вопрос, а значит рассказать про мое ночное приключение и некрокорову. Честно говоря, совсем не хотелось…