Несмотря на то, что Голицын предупредил о возможном опоздании, глава тайной канцелярии прибыл довольно рано. Гусь, которого затеял к ужину дед, еще доходил в духовке, поэтому у нас было время познакомиться с гостем, которого привел к нам в дом Василий Юрьевич.
Кстати говоря, гость был необычный. Такого на улице не пропустишь, и если один раз увидел, то запомнишь надолго. Ростом чуть повыше Дракона, стройный, в черных брюках и темно-зеленом пиджаке, который явно был ему не по размеру и сидел на незнакомце как на вешалке.
Яркие зеленые глаза, тонкие губы, лысый как колено, а все его лицо и голова были покрыты татуировками, которые сплетались в единый узор. Я во всех этих ритуальных узорах не очень хорошо разбирался, но думаю, что он явно нанесен со смыслом. Была бы здесь Лазарева, уж она точно смогла бы нам рассказать что к чему.
В целом он производил приятное впечатление. Правда был один момент, который меня немного смущал. С учетом того, что он примерно ровесник Голицына, какая-то растительность на его лице должна была бы быть. Ладно бы просто гладко побрился, но у меня было такое ощущение, что она просто на нем никогда не росла.
— Или со временем куда-то делась, — предположил Дориан. — Знаешь, Макс, я как-то слышал, что есть особые виды магии, от которых волосы выпадают… И даже зубы иногда…
— Врешь ты все, — сказал я скорее на всякий случай, так как на самом деле не знал, правда это или нет.
Незнакомец внимательно смотрел на Софью своими зелеными глазищами, как будто она не обычная девушка, а пришелец из космоса. Надо отдать должное Вороновой, она ничуть не смущалась и смотрела на гостя примерно так же.
Разговор повел Дракон, который для начала спросил у меня, рассказал ли я Софье и деду о своем разговоре с Романовым насчет ее проблемы? Узнав, что они давно уже в курсе, Василий Юрьевич кивнул и облегченно вздохнул.
— Отлично. Тогда не вижу смысла терять время. Знакомьтесь, личный друг Александра Николаевича, князь Павел Петрович Скрябин, — Голицын указал рукой на князя, а тот улыбнулся и кивнул. — Прошу любить и жаловать. Надеюсь, он станет другом вашей семьи.
Я наскоро покрутил в голове услышанную фамилию, пытаясь припомнить, не попадалось ли мне чего-то интересного в учебниках по истории Одаренных родов связанного с ней, но вроде бы нет… Странно. Про княжеские фамилии обычно много пишут. Хотя… Бывают и исключения…
— Вы и есть тот самый «толковый биомаг», который меня лечить будет? — спросила у князя Софья.
— Почему сразу лечить… — усмехнулся Скрябин. Улыбка у него была приятная, сразу видно, что не негодяй какой-нибудь. — Я бы назвал это по-другому. Мы с тобой будем работать над устранением остаточных явлений, а это все-таки немного другое.
— Ну смысл тот же… — пожала плечами Воронова.
— В общем, да, — улыбка Павла Петровича стала еще шире.
— Александр Николаевич говорил, что у вас там целый институт на Алтае? — спросил я, чтобы подтвердить для себя этот момент.
Все-таки хотелось понимать, что Софью и правда забирают в солидное учреждение, а не в подпольный кабинет. Кроме того, мне показалось, что Вороновой тоже будет полезно это услышать прямо сейчас.
— А ты, значит, тот самый Темников, о котором так хорошо отзывался Его Императорское Величество? — спросил он у меня и подмигнул. — Знаешь, должен тебе сказать, что нужно обладать исключительными способностями, чтобы так впечатлить Романова. На моей памяти он впервые так много говорил про молодого человека твоего возраста.
— Тот самый… — на автомате ответил я и добавил. — Максим.
— Ну что же, будем знакомы, Максим. Время от времени мы с тобой будем общаться, так что ты уж не обижайся, буду тебе звонить, — сказал он и похлопал себя по карману. — Твой телефон у меня уже есть.
— Если нужно, звоните, конечно, — разрешил я.
— Спасибо. Что касается твоего вопроса, то вообще-то, по документам это научно-магическая лаборатория, а институтом это я его называю, — в этот момент он бросил быстрый взгляд на Дракона. — Может быть, когда-нибудь приедешь ко мне в гости и сам поймешь почему.
— Вы там только биомагией занимаетесь? — спросила у него Софья.
— Нет, не только, — покачал он головой. — Еще магической генетикой, ботаникой… Разными вещами… Между прочим, Рябинина, у нас часто бывает. Знаете ее? Она ведь в «Китеже» преподает.
— Угу, — кивнул я. — Она моего Бродягу вылечила, когда… Ну в общем было дело.
— Но мы сейчас об этом не будем говорить, — сказал Скрябин. — Такой вечер как сегодня, разговорами о работе можно только испортить. Предлагаю лучше о чем-нибудь другом, например… Можно спросить, чем у вас так вкусно пахнет, Тимофей Игоревич?