— Я столько слышал про Клешню раньше, что мне всегда было любопытно на него взглянуть, — сказал я. — Походить по местным магазинам, посмотреть, чем торгуют. Может быть, что-то купить по случаю. Ибрагим этот район хорошо знает, вот поэтому решил со мной поехать в качестве проводника.
— Угу, — весомо прогудел из-под маски Турок, издав первый звук за все это время.
— И лучшего времени, чем сделать это перед самым Новым годом, ты, конечно же, не придумал? — спросил Чертков и поддел вилкой кусок колбасы. — Как будто дома заняться нечем.
— Так каникулы же, Александр Григорьевич, — пожал я плечами. — Когда еще путешествовать? Мы ненадолго. Скоро обратно поедем.
— Не ври, Темников, никогда не поверю, что ты сюда на обзорную экскурсию прикатил, — усмехнулся он и проглотил колбасу. — Сто процентов что-то задумал.
Чертков посмотрел на колдуна и сказал:
— Этот проклятый мальчишка целыми днями занимается тем, что ищет приключения на свою задницу! Потом приходит ко мне на занятия и делает такое лицо, как будто всю неделю вышивал крестиком! — наставник взял еще один кусочек колбасы. — Каков стервец?
— Да… — улыбнулся Окулов и отпил немного пива. — Ты меня здорово удивил, когда выяснилось, что это именно тот парень, с которым ты занимаешься. Уверен, он тебя еще не раз заставит понервничать.
— Я даже в этом не сомневаюсь, — кивнул старик. — Посмотреть он приехал… Ну надо же такое придумать…
— Ну потом мы еще на Чарозеро хотим сходить, — добавил я, решив, что одних магазинов для полноты истории и в самом деле как-то маловато. — Говорят, оно не замерзает никогда. Да и вообще там интересно.
— Вот это другое дело, — сказал Александр Григорьевич и посмотрел на Ибрагима, который сидел рядом как изваяние. — Теперь я по крайней мере понимаю, зачем ты с собой друга взял. Для проводника по магазинам он как-то мрачноват. Твой приятель Нарышкин для таких дел больше подходит.
Немного помолчали. Я очень хотел расспросить наставника, откуда он знает Окулова, как они подружились и вообще… Получается, это он для Черткова таблетки делает и всякое прочее? Выходит, он ему очень близкий друг, если так. Доверять такие тайны кому попало Александр Григорьевич точно не будет.
Однако никаких вопросов я решил не задавать. Какой в этом смысл? Все равно старик мне на них сейчас не ответит. Да и вообще, ответит ли когда-нибудь — неизвестно. Хотя попытаться об этом узнать я просто обязан.
— А что у тебя в чехле? — спросил наставник, глядя на свой будущий подарок. — Удочку взяли, чтобы рыбку на Чарозере половить?
— Да там так… Одна важная штука… — растеряно ответил я, не успев сходу придумать, что там может быть.
— Смотрите осторожнее, господа, в тех местах очень опасные рыбешки водятся, — предупредил нас Альберт Денисович. — Могут и вами полакомиться за между прочим. Да и вообще, я бы на вашем месте туда не ходил без особой надобности. Чарозеро — это не та достопримечательность, куда просто так посмотреть едут. Хотя местечко примечательное, согласен.
— Я знаю, — ответил я и отпил какао, который здесь готовили откровенно плохо. — Но надобность есть. Небольшая.
— Обормот… — пробурчал Чертков и отпил пива. — Заставляешь старика нервничать. Так никаких целебных эликсиров не напасешься. Если с тобой что-то случится, я тебя лично прибью, понял?
— Понял, — усмехнулся я и больше мы об этом не говорили.
Зато говорили о другом. Оказывается, колдун знал обо мне довольно много. Про многие шалости, про конструкта с Бродягой и почему-то даже про Шуйского, с которым пожелал мне быть осторожным. С чего бы он так интересовался моей личной жизнью?
Это все ему Александр Григорьевич рассказал или Окулов выяснял намеренно? Самое интересное, при этом всем Альберт Денисович не рассказал Черткову, где именно меня видел. По крайне мере, я так понял. Иначе почему наставник не спросил у меня, что я там делал? Хотя он был не из тех, кто лез в мои дела без моего на то желания. Обо всем, о чем считал нужным, я рассказывал ему сам. И все-таки мне было интересно…
Как много у меня было вопросов, которые останутся без ответа. Пока или совсем? Этого я не знал. Время покажет, как говорит в таких случаях мой друг Дориан.
Долго меня не держали. Видимо Чертков очень хотел, чтобы я днем попал к Чарозеру и вернулся оттуда пораньше. Он же не знал, что у меня были совсем иные планы и нам наоборот нужно было оказаться там ближе к полуночи.
На прощание он попросил позвонить ему, как только вернусь со своей экскурсии, а я пообещал, что так и будет. Ну а Окулов тоже попросил меня не стесняться и набирать его, если мне еще когда-нибудь понадобится проводник по здешним магазинам.