Да, в теории некросимволы могли работать против людей, и если предположить, что и в обличье куклы он в некотором смысле все равно оставался человеком, то можно сделать вывод, что именно это и было причиной, почему так произошло.
Вот только с этим никак не вязалось другое… Против людей могли работать только конкретные некросимволы, а не все подряд. Кроме того, Слово-Острог — это как раз один из тех некросимволов, которые могут взаимодействовать только на проклятья. Получается, что не сходится вдвойне. Что из этого следует?
Ответа на этот вопрос я не знал. Лично у меня было этому лишь одно объяснение — проклятье каким-то образом смогло протащить свою жертву в некрослой, а значит есть какие-нибудь особенные проклятья, которые могут это делать. Никак иначе я этого объяснить не мог.
— То, что кукла была внутри некрослоя, нет никаких сомнений, — подключился к моим размышлениям Дориан. — Ползла она к тебе не случайно и тащил ее не паук, это тоже очевидно. А вот как это произошло… Слушай, Макс, но ведь она же и не была человеком в полной мере? Может быть, кукла составляла с проклятьем единое целое?
— Как это? — удивленно спросил я, не отрывая глаз от куклы-Карачарова, которая продолжала трансформироваться.
— Не знаю как, — признался Мор. — Я просто предполагаю. Должно же быть этому какое-то логичное объяснение. Пока у меня не больше ответов на этот вопрос, чем у тебя. Все что мне известно — объекты из твоего мира не могут взаимодействовать с тобой, если ты этого не захочешь. Тем не менее, это произошло, ты сам это видел.
— Еще бы! — подтвердил я. — Кукла чуть не разрушила некросимвол, когда пыталась выбраться из клетки!
— Ну вот и я тебе о чем. Либо кукла в этот момент составляла с проклятьем одно целое и являлась частью его, либо… Черт его знает… — занервничал мой друг. — Пока для меня это самый логичный вариант.
Возможно Дориан был прав. По крайней мере, выглядело это вполне логично. Как и Мор, я пока не видел этому других объяснений. Придумывать всякие нелепицы тоже не хотел, поэтому решил, что самым правильным вариантом в этой ситуации будет поговорить на этот счет с наставником.
Правда я заранее мог с уверенностью сказать, что в результате получу от него нагоняй, но зато добуду ответ на очень нужный для меня вопрос. Кто знает, что мне не придется столкнуться с чем-то подобным до того момента, пока он сам решит поговорить со мной о подобных вещах в процессе наших уроков?
Уж лучше я получу по шее, но зато буду знать, как так получилось, и почему долбаная кукла могла меня видеть. До этого момента я чувствовал себя в некрослое как в крепости, где никто не мог добраться до меня, кроме некротварей и проклятий, которых я сам не потревожу. Но сейчас… Нет, нужно обязательно поговорить с Александром Григорьевичем об этом.
Но это потом. Сейчас же будет лучше всего выкинуть посторонние мысли об этом всем из своей головы и вернуться к кукле, которая становилась все больше похожа на Карачарова. Судя по все более усиливающимся стонам, Луке Мироновичу становилось все больнее, и теперь я был практически уверен, что должен был ему как-то помочь.
— Будет лучше, если ты оставишь его в покое, — посоветовал мне Дориан. — Пусть процесс обратного перевоплощения идет своим чередом. Если ты вмешаешься в него сейчас, ты можешь что-нибудь испортить.
Зараза… Какая же печальная картина… Выглядело это все крайне неприятно. Я бы даже сказал крайне — отвратительно.Вот только скорее всего Мор был абсолютно прав. С моей стороны было бы ошибкой трогать сейчас Луку Мироновича даже из самых лучших побуждений.
Если я как-то нарушу процесс, то это может стать роковой ошибкой. Да, смотреть на все это то еще удовольствие, но тут уж ничего не поделаешь. Видимо такая скверная у меня работа.
— Хозяин, смотри, у него из глаза покатилась слеза, — сказал мне Градовский, который завис прямо над кладоискателем и теперь самым внимательным образом следил за тем, что с ним происходит. — Вот и со второго глаза тоже… Он плачет, хозяин…
Возможно так оно и было. Каждый новый глухой щелчок сопровождался очередным жалобным стоном Карачарова, из его глаз при этом катились слезы, однако несмотря на это он оставался совершенно неподвижен.
Это наводило меня на грустные мысли. Кто знает, может быть, в тот момент, когда кладоискатель, будучи куклой, врезался в стену и сломал себе какие-то кости внутри? По крайней мере звук был очень неприятным.
Но окончательно о последствиях можно будет говорить лишь после того, как завершится процесс обратной трансформации. До той минуты я могу лишь надеяться, что всё не так печально, и после завершения процесса он сможет двигаться.