— Вообще-то, я собирался с дедом обратно в Белозерск, — сказал я. — Что-то я начал уставать от Москвы.
— Бывает, — согласился Голицын. — Иногда столица забирает слишком много энергии. Особенно с непривычки. У вас в Белозерске в этом плане потише. Ну что же, значит так тому и быть, отличный план. Когда ты намерен выезжать?
— Сегодня точно не поеду, — ответил я. — Завтра скорее всего. Вечером или утром, пока не знаю. Нужно будет с дедом посоветоваться. В любом случае, завтра точно уеду.
— Понятно, — кивнул он. — Ну значит посоветуйся с дедом и дай мне знать. Я придумаю, как вам поскорее до Белозерска добраться.
— Спасибо, Василий Юрьевич, — поблагодарил я его.
Мы прошли еще немного, затем Дракон остановился и сказал:
— Дальше иди сам. Мне нужно вернуться в Арочный Зал. Родителям и деду передавай привет и будет лучше, если пока оставишь их без деталей произошедшего, — посоветовал он. — Они им все равно ни к чему. Скажешь, что произошел несчастный случай со Шмаковым, а потом я сам поговорю с ними.
— А со мной? — спросил я у него. — Когда вы мне расскажете, что это было, и как быть дальше?
— Думаю, в самое ближайшее время, — заверил он меня. — Пока езжай в Белозерск и набирайся сил перед учебой. Если будет что-то срочное, сразу звони, хорошо?
— Хорошо, — пообещал я.
Дракон махнул мне рукой на прощание и пошел обратно в сторону Арочного Зала. Какое-то время я провожал его взглядом, а затем потопал в сторону гостевого дома. Настроение было паршивее некуда. Еще и призрак этот со своими странностями…
— Градовский! Ты чего воешь так радостно? — нарычал я на него.
— Ничего, хозяин. Просто песенку пою, — ответил он, полыхая ярким зеленым пламенем. — Вам не нравится? Если хотите, я вам какую-нибудь особенную спою. Про жаворонка есть одна. Очень веселая!
— Только веселых песенок мне сейчас и не хватало… — пробурчал я. — Ты точно с приветом, как я посмотрю…
— Так ведь и тебе бы радоваться следовало, хозяин. Вон, смотри как солнышко ярко светит! — не унимался Петр Карлович. — Я же говорил, смерть всегда приходит, когда должна, но сегодня она прошла мимо тебя стороной. Разве это не повод для радости? Лично я очень этим доволен!
— Если ты хочешь знать мое мнение, то я тоже очень этим доволен, Макс, — сказал Дориан. — Кстати, а насчет смерти этот придурок был прав! Видимо опять повезло… Засранец лысый…
На базе «Волга» я постарался слишком долго не задерживаться. Платон предоставил в мое распоряжение комнату, где я смог привести себя в порядок и даже выдал комплект одежды во временное пользование. В своей я выглядел так, как будто только что участвовал в жестокой кровавой схватке.
Кстати, одежда, которую для меня раздобыл дворецкий, на удивление подошла по размеру и сидела так, как будто ее специально шили по моим меркам. Так что к размерам у меня претензий мне не было, а вот выглядел я в ней странно.
Понятия не имею, где ее взял Платон и кто здесь ходит в таких нарядах, но на моей рубашке и куртке имелись нашивки «Волга». Скорее всего такую одежду носит какой-нибудь персонал базы.
Правда мне на глаза никто в таком виде не попадался, поэтому в тот момент, когда я смотрел на себя в зеркало, ощущения у меня были довольно странные. Как будто я подопытный экземпляр, который привезли сюда для опытов и нарядили так, чтобы я никуда не удрал. Но лучше так, чем явиться домой в окровавленной одежде.
Оказавшись в машине, я отправил Лешке сообщение о том, что со мной все нормально. Другие подробности обещал рассказать чуть позже. О том, что случилось со Шмаковым, я не сказал ни слова. Зачем? Отец Нарышкина и без меня скоро об этом узнает.
Следом за княжичем я позвонил Черткову, и в этот раз, к моему удивлению, наставник практически сразу ответил. Стараясь не тратить лишних слов, я рассказал ему про неудавшийся вызов демона и о том, что случилось с демонологом.
Больше ни о чем не разговаривали. Узнав, что завтра я планирую быть в Белозерске, Чертков сообщил, что сам он уже в «Китеже» и будет рад видеть меня у себя в гостях. Видимо он понял, что всей истории по телефону я ему не расскажу и захотел встретиться, чтобы услышать ее лично. Вот и хорошо. У меня тоже есть о чем у него спросить.
Как и просил Голицын, с родителями я долго не разговаривал. Как только они пришли в себя от моего внешнего вида, я отдал матери сверток с испачканной одеждой и в двух словах рассказал почему на ней будет кровь.
Мой рассказ не слишком впечатлил мать, которая была рада видеть меня живым и здоровым, а вот настроение отца порядком испортилось. Думаю, он будет с большим нетерпением дожидаться разговора с Голицыным.