— И он в том числе. Не перебивай меня, а то поставлю в угол на горох, — недовольно пробурчал Александр Григорьевич.
— Извините…
— Принято, — кивнул он. — Вот и смотри, что получается. Если знать, какие именно ритуалы призыва есть в распоряжении Шмакова, затем выяснить, когда и какой из них он применял последний раз, то останутся сущие пустяки. Продумать, кого Афанасий может призвать в ответ на угрозу, заранее встретиться с этим демоном и заставить его предать Шмакова. Точнее не предать… Скорее выполнить действующую клятву. Вот и все. Кстати, Темников, в твоем случае, для этого, возможно, потребовалось заключить аналогичную клятву сразу с несколькими демонами.
— Зачем это? — не сразу сообразил я.
— Ну как же… Чем ты слушаешь? Я же тебе сказал, Афанасий — хороший специалист, и знал больше, чем парочку ритуалов. Следовательно, мог выбрать один из нескольких вариантов, — пожал плечами Чертков. — Это же очевидно…
Все это выглядело очень правдоподобно. Александр Григорьевич прав, нечто такое вполне могло произойти. Правда, чтобы это сработало, был еще один момент…
— Не знаю… Звучит вроде бы логично, но… Чтобы все это провернуть, должен быть кто-то, кто наверняка знал обо всем этом и лично был знаком со Шмаковым, — сказал я. — Или с кем-нибудь другим, кто был в близких отношениях с демонологом…
— Или просто был знаком с человеком, который владеет всей этой информацией, — подвел итог моим догадкам наставник. — Все так и есть. Вот только почему ты думаешь, что это невозможно?
В этот момент чайник громко забулькал и звонко щелкнул выключатель, давая нам знать, что вода в нем закипела. Я встал со стула и начал заваривать чай, раздумывая о последних словах Черткова.
Действительно… Почему я решил, что такого не могло быть? Тогда… Получается, что предали не только Шмакова, но и Александра Николаевича… Выходит, предатель рядом с ним?
Глава 22
— Может быть, конечно, не прям рядом с Императором, но мыслишь верно, Темников, — сказал Чертков, после того как я выдал свое предположение и шумно вдохнул чайный аромат, который исходил из его чашки. — Это кто-то из его близкого окружения.
— Александр Григорьевич… А если этот… ну… в общем, предатель… как раз враг не Романова, а Шмакова? — предположил я. — Просто кто-то метит на его место. Такое ведь тоже возможно?
— Угу, — кивнул он. — Всякое возможно. Дворцовые интриги — это всегда сложные ребусы со многими неизвестными. Единственное, что в отношении них всегда верно, это то, что от них несет подлостью и пахнет кровью.
Наставник отпил немного чая и поморщился:
— Опять сахара пожалел… В кого ты такой жадный, Темников? Тем более, что сахар не твой, а мой.
— Так я вам весь уже высыпал! — воскликнул я, возмущенный такой жестокой несправедливостью. — Там сахарница пустая совсем… Я же не могу его наколдовать?
— Это вряд ли, — усмехнулся старик. — Но язык же у тебя не отсох, мог бы и спросить, где он лежит.
— Вам добавить? — нахмурился я и протянул руку, чтобы забрать чашку.
— Ладно уж… Пусть так будет… — сжалился надо мной Чертков. — Хороший напиток даже тебе так просто не испортить.
Немного помолчали. Александр Григорьевич сделал еще несколько глотков и продолжил:
— Но если взять за основу твою версию и предположить, что она верна, то и в отношении нее сразу возникают вопросы. Даже если оставить в покое личность этого неизвестного, то интересно знать, зачем ему это нужно?
— Чтобы оказаться поближе к Романову, разумеется, — пожал я плечами, так как для меня это было вполне очевидно.
— Это и твоему дубу Бродяге понятно, я говорю о конечной причине, — сказал старик. — Для чего ему нужно это место? Он ищет личной выгоды и это просто подъем вверх по чужим головам, либо ему нужно оказаться рядом с Романовым, для того чтобы иметь возможность добраться до него в какой-то момент?
— Ну этого я не знаю… — вздохнул я.
Честно говоря, у меня от этого разговора уже начинала голова пухнуть. Как здесь можно что-то понять, если куда не кинь, всюду сплошные вопросы?
— Кстати, не забывай еще и о том, что демоны приходят в гости к тебе, а не к Александру Николаевичу, — напомнил мне наставник, как будто я мог об этом забыть.
— Вы это к чему?
— К тому, что, может быть, в данный момент Романов-то как раз и ни при чем. Кто знает… Возможно, как раз хотели убить тебя, и место Шмакова никто занимать и не собирался, — сказал Чертков. — До поры до времени. Кстати, я бы так и сделал. Прикончил бы тебя пока не поздно, а там бы уже понемногу со всем остальным разбирался…