— Теперь ты будешь видеть его всегда, когда будешь оказываться в Сером Мире, Максим, — с печалью в голосе сказал Херцег. — Это твой фей-нахлебник. Вторая особенность волшебной дудочки… Небольшой побочный эффект…
Сказать, что слова Мистика расстроили меня, это означает ничего не сказать. Какой фей-нахлебник, я понять не могу? Или у меня какая-то особая аура, которая притягивает ко мне всякую дрянь?
Мы смотрели с летающим гномом друг на друга и, похоже, оба испытывали схожие эмоции. По-моему, я ему не нравился, и он мне тоже. Еще больше мне не нравились слова Данко, который сказал, что начиная с этого момента он будет появляться все время.
— Погоди-как, Херцег… Ты сказал, что этот гном будет все время оказываться на этом месте, когда я буду приходить сюда, — сказал я. — Но это же не значит, что он постоянно будет рядом?
— Я не гном, я фей, ты что, глухой? — спросил летающий гномик, сунул ручонку под куртку и почесал живот. — Вы с Изнанки все какие-то полоумные.
— К сожалению, значит, темный маг, — ответил Мистик. — Именно поэтому они и называются феями-нахлебниками. Он все время будет около тебя, пока ты будешь находиться в Сером Мире.
— Ну офигеть просто! Так это не побочный эффект называется, а целое проклятье! — возмущенно воскликнул я. — Неужели от этого никак нельзя избавиться? Не бывает фей мужского рода!
Данко лишь сокрушенно опустил голову вниз, а я начал подозревать его в том, что Петр Карлович мог быть и прав. Все выглядело так, что этот парень и правда пытался мне как-то навредить.
— Херцег, так мы не договаривались, — сказал я и ткнул пальцем в сторону фея-нахлебника, который медленно размахивал своими полупрозрачными крыльями и равнодушно смотрел на меня. — Скажи, что это какая-то шутка, и скоро этот тип снова исчезнет!
Вместо ответа Мистик вновь многозначительно промолчал. Однако при этом он красноречиво вздохнул, и я понял, что меня никто не разыгрывает. Похоже, мне теперь все время придется проводить время в этом измерении в компании своего нового спутника. Фей-нахлебник… Ну зашибись…
— Согласен с тобой, мой мальчик, — поддержал мои печальные мысли Дориан. — Мало того, что в твоем мире за нами повсюду таскается этот придурок Градовский, так еще и здесь покоя не будет.
Мор помолчал немного, а потом добавил.
— Слушай, Макс… Если уж так вышло… Может быть, ты спросишь у него, что он умеет? Вдруг он не такой уж и бесполезный, каким кажется на первый взгляд, — задумчиво сказал мой друг. — Ну знаешь, я имею в виду всякие местные клады… Полезные умения какие-нибудь…
— Кто о чем, а ты только о деньгах, — сказал я ему.
— Просто я гораздо быстрее тебя приспосабливаюсь к окружающим обстоятельствам, — ответил Дориан. — Сам же знаешь… В голодный год и желудь — орех…
— Херцег, а почему ты его так странно называешь — фей-нахлебник? Он что-то типа местного паразита? — спросил я у Мистика.
— Не совсем… — ответил Данко. — Кстати, я бы на твоем месте так его не называл. У этих феев очень хорошая память и не самый лучший характер. Нахлебник — не значит, бесполезный. Просто иногда он будет что-нибудь просить… Наверное… По правде говоря, я досконально не знаю, как это работает. У меня самого никогда не было такой штуки.
— Само собой, кто бы сомневался? Все самое неприятное всегда липнет ко мне… — пробурчал я и посмотрел на фея-нахлебника, который прикрыл глаза, сложил руки на своем объемном животике и смотрел на меня из полуоткрытых глаз. — Ладно, раз уж так вышло, давай сразу же кое в чем определимся. Меня зовут Максим Темников. Я очень известный темный маг в моем мире, и если ты будешь мне вредить, я тебя прикончу.
— Ага, как же… — зевнул фей. — Каждый идиот с Изнанки будет мне угрожать… Давай лучше наоборот — если ты мне будешь вредить, то тогда я прихлопну тебя. Поверь, для меня это так же просто, как щелкнуть пальцами.
Я чуть не задохнулся от накатившего на меня приступа гнева. Какого черта? Этот маленький летающий упырь с прозрачными крыльями еще будет мне угрожать?
От злости меня бросило в пот. Пока расстегивал теплую куртку, я раздумывал каким именно заклинанием прихлопнуть этого наглого гнома, но в этот момент он и в самом деле щелкнул пальцами, а я неожиданно для себя шлепнулся на траву.
Немедленно попытался встать, но тут же сообразил, что не могу этого сделать. Да что там встать, я не мог пошевелить ни рукой, ни ногой! Единственное, что было в моих силах — просто смотреть на наглую ухмыляющуюся физиономию фея-нахлебника.