Когда дошла очередь до меня, то я поймал себя на мысли, что совсем не хочу чтобы лист, к которому я прикоснусь, скрутился. Это означало бы, что я не очень нравлюсь плющу. Не то чтобы мне было важно его отношение ко мне, но все равно как-то неприятно знать, что ты не нравишься цветку.
Я выбрал для себя лист побольше и осторожно дотронулся до него. На ощупь он был не гладким, а слегка бархатистым и немного теплым. Очень приятные ощущения на самом деле. Казалось, плющ задумался на несколько секунд, а потом ответил на мое прикосновение легким дрожанием.
В тот же миг я почувствовал радость, исходящую от него, и поймал себя на мысли, что я и сам улыбаюсь. Удивительное дело, но у меня было полное ощущение того, что я сейчас нахожусь в компании хорошего друга. Очень странно на самом деле.
Но это было не все. Когда я уже хотел одернуть руку, я услышал тихий, еле слышный звук… Как будто рядом со мной мурлыкал кот! Точно, как Пират, когда я его глажу! Вот это да! У меня от неожиданности даже мурашки по спине пробежали. Никак не ожидал чего-то подобного.
— Он мурлычет! — сказал я и удивленно посмотрел на Рябинину.
— Само собой, — кивнула она. — Поэтому этот вид плюща так и называется. Кстати, он нечасто это делает. Должно быть, ты ему понравился.
— Ну вот, можешь считать, что дело в шляпе, — хохотнул Дориан. — Еще парочка таких встреч, и он сам попросится к тебе на стену дома.
Всю оставшуюся часть урока мои одноклассники снова и снова пытались установить контакт с магическим растением. Оранжерея наполнилась возней, смешками и разочарованными вздохами тех, кто так и не смог подружиться с мурлыкающим плющом.
К концу урока уже почти треть класса утверждала, что им удалось услышать, как мурлычет растение. Правда я никаких звуков не слышал. Не знаю, может быть, звук тоже передавался волшебным образом и слышал его только тот, кому он был адресован.
Обычно у нас было по два урока магической ботаники подряд и сегодняшний день не стал исключением. Правда было ощущение того, что на этот раз время как-то слишком быстро пролетело. Впрочем, как и всегда в те дни, когда Рябинина приносила нам что-нибудь интересное.
Ученики выходили из оранжереи и оживленно переговаривались между собой обсуждая урок. Что касается меня, то мы обсуждали его втроем — я, Дориан и Красночереп. Кстати, артефакт был очень удивлен, что мне удалось подружиться с мурлыкающим плющом. Он считал, что с таким количеством темной энергии как у меня, листок должен был не просто скрутиться в трубочку, а мгновенно превратиться в пепел.
Пришлось ему в очередной раз объяснить, что со мной всегда все происходит не так, как со всеми. Я как раз приводил ему подходящие примеры, чтобы он лучше понял, что я имею в виду, как вдруг у меня зазвонил телефон.
Надо же, Орлов… Что ему понадобилось, интересно знать? Ничего плохого я еще точно не успел сделать, так что у меня даже никаких вариантов не было. Разве что директор все-таки смог каким-то образом узнать про дуэль…
— Добрый день, Иван Федорович, — поздоровался я. — С прошедшими праздниками вас!
— Благодарю, Максим, тебе тоже всего самого наилучшего, — судя по тону, ругать меня никто не собирался. — Ты сейчас чем занят? Возвращаешься из оранжереи, я так полагаю.
— От вас ничего не утаишь, — ответил я. — Именно этим я и занимаюсь.
— Вот и хорошо, — сказал Орлов. — Держи курс на основной корпус, а как войдешь в него, сразу поднимайся ко мне в кабинет. Только не потеряйся по дороге.
— С чего бы мне здесь потеряться, Иван Федорович?
— Ну не знаю… Ты такой парень, что и на ровном месте умудряешься гору приключений найти, — усмехнулся директор. — Понятия не имею, как тебе это удается?
Глава 12
— Разрешите? — спросил я, после того как заглянул в кабинет, предварительно постучав по двери.
— Проходи, Темников, — услышал я голос Орлова, хотя за рабочим столом его не было.
Я вошел в кабинет, закрыл за собой дверь и увидел Ивана Федоровича, который сидел на диване в компании Громова. На столе, который стоял перед ними, была ваза со сладостями, а также кофейник и три чашки. Вообще-то, я не большой любитель кофе, но в комнате стоял такой густой кофейный аромат… Пожалуй сейчас я бы с удовольствием выпил чашечку. Или две.
— Присаживайся, — сказал директор и указал на кресло, которое стояло напротив дивана.
Пока я усаживался, Громов налил нам всем кофе и пододвинул поближе ко мне вазу со сладостями. Среди всего прочего я заметил среди них несколько моих любимых конфет и вопросительно посмотрел на Орлова.
— Угощайся, Максим, — улыбнулся он, как будто читал мои мысли. — По-моему, там даже есть несколько твоих любимых.