Домой я ехал в отличном настроении. Давненько так хорошо не тренировался и уже успел забыть те прекрасные ощущения, которые испытывал после них. Разве можно сравнить их со школьными занятиями по фехтованию, которые проводил с нами Гребень? По сравнению с требованиями Ткача, на занятиях с Артемом Захаровичем мы просто били баклуши.
Вот теперь я пообедал с огромным удовольствием. Дед с улыбкой смотрел на меня и одобрительно кивал каждый раз, когда я подкладывал себе добавки. По его мнению, если я хорошо ел, значит никакие тревожные мысли меня не беспокоили, и чувствовал я себя отлично.
По части моего самочувствия он был абсолютно прав, а вот по части мыслей… В отличие от родителей, от деда ничего скрывать я не стал и рассказал ему обо всех событиях, которые произошли со мной за последние несколько дней. Разве что только про дуэль не сказал ни слова.
Не могу сказать, что новость о предстоящем турнире его очень сильно обрадовала, но и отговаривать он меня не стал. Хотя лучше меня сразу сообразил, что это может быть опасно, и на таких турнирах частенько происходят всякие несчастные случаи.
Однако я его успокоил. Я ведь там буду не один. К тому же, Александр Николаевич сказал, что Голицын обеспечит для нас хорошую группу поддержки, чтобы с кем-то из нас не произошло какой-нибудь неприятности. Насколько я понял Романова, с участниками турнира могло что-нибудь произойти не только на арене. Всякое бывало…
О пропаже Вороньего Амулета я деду тоже рассказал. Правда попытался все преподнести в таком свете, будто бы Дракон со своими людьми уже практически поймал похитителя, так что скоро артефакт будет на своем месте. Не знаю, поверил мне дед или нет, но это его немного успокоило.
За обстоятельным разговором и вкусным обедом время пролетело незаметно. Однако к тому моменту, когда должна была прийти пара наших будущих работников, мы успели не только убрать со стола и вымыть посуду, но даже выпили по чашке чая с моим любимым тортиком. Дед практически всегда покупал торт к моему приезду и сегодняшний день не стал исключением, что меня приятно порадовало. Люблю, когда соблюдаются семейные традиции, а особенно такие.
Дед назначил встречу на пять часов вечера, и я очень надеялся, что наши гости не опоздают. Мне потом еще нужно было возвращаться в «Китеж», и я хотел, чтобы это случилось не слишком поздно.
Дело было не в том, что я хотел как следует выспаться перед завтрашней встречей с Огибаловым. Отдохнуть я имел возможность в Берлоге или вообще в Тенедоме, где мог дрыхнуть хоть сутки на пролет.
Нужно было еще поговорить с Нарышкиным, с которым мы договорились встретиться вечером. Кроме того, перед этим еще не мешало бы выяснить у Градовского, что ему удалось разнюхать про планы Артемия на нашу с ним встречу. В общем, были кое-какие дела.
Однако волновался я зря. Семейная пара, которую мы с дедом ждали, пожаловала даже раньше на десять минут. Я сам встретил их и провел в дом, где для дальнейшего разговора мы расположились в гостиной.
Несколько минут мы молча разглядывали друг друга, и чем дольше я смотрел на них, тем больше приходил к выводу, что они довольно интересная парочка. Мы еще не начали разговор, а я уже был практически уверен в том, что они мне понравятся, и деду тоже.
Даже если бы я не знал, что они работали у прежних хозяев этого дома, я бы и сам догадался об этом. Удивительно, но у меня было такое чувство, как будто они некоторым образом связаны с этим домом. Не знаю, как это объяснить. Может быть, наша беседа даст мне ответ на этот вопрос.
На вид им было около пятидесяти, хотя на самом деле обоим было под шестьдесят. Несмотря на такой возраст, мужчина был довольно крепкого телосложения и видно было, что случись хулиганам напасть на него, то им бы крепко досталось.
Его внушительная фигура теперь несколько обвисла, но в широких плечах и прямой спине еще угадывалась былая сила. Немаленьких размеров кулаки лежали на коленях, и каждый из них был размером с приличный апельсин. Он был чем-то похож на старого бульдога. Только какого-то добродушного. Глядя на которого, наверняка можешь сказать, что он не нападет просто так.
А вот его жена была полной противоположностью. Она была очень стройной, двигалась плавно и казалась какой-то хрупкой. Если ее муж был похож на бульдога, то женщину можно было сравнить с изящной ивой. Ее лицо было очень бледным и удивительно гладким для ее возраста. Огромные и ясные ярко-зеленые глаза смотрели так, как будто она видела тебя насквозь. Особенно меня впечатлила ее тугая коса, в которую она сплела свои седые волосы.