-Мы могли бы встретиться в ресторане, если твоя дама не приревнует, - вся жидкость в бокале отправилась в её рот, словно в безграничную бездну, и она опьяненно одарила меня взглядом.
-Не волнуйтесь, мне не к чему ревновать, - улыбнулась, стараясь выглядеть добродушно, и придать своим словам нотки вежливости.
Улыбка с лица дамы в желтом испарилась, и красные губы сморщились в прямую линию, свесив концы вниз. До меня начало доходить смысл слов, который она не правильно для себя истолковала. Но выражение её лица, и отдернутая рука стоила того.
-Не хами, - на ухо шепнул Виктор, когда желтое платье проскользнуло в толпу.
-Она неправильно истолковала, я хотела сказать другое, - начала оправдываться, ведь со стороны это смотрелось явно не в мою пользу.
Под громкие аккорды живого оркестра центр зала опустел, и парочки начали выходить на танец. Девушки изящно выгибали спину, и горделиво вскидывали подбородки, когда кавалеры уверенно кружили их в танце. Не отрывала от них взгляд, не упуская из виду никаких движений. Когда пары пустились в очередной круг, я запомнила все движения и потянула Виктора в центр. Его рука рывком вернула меня обратно, и обвилась вокруг талии.
-Мы не пойдём танцевать? – возмутилась, стоять и выслушивать болтовню очередных гостей, было уже выше моих сил.
Он кивнул, и мои плечи от досады опустились вниз. Прийти на бал-маскарад, и стоять в стороне было кощунством. Неужели для него праздник состоял исключительно из бесед и наблюдением за другими. Грустно подняла со столика бокал, и продолжила смотреть на плавные движения танцующих парочек.
Музыка резко прекратилась, когда с лестницы начал спускаться старичок, подпирая каждый свой шаг тростью. На его лице заиграла улыбка, когда он преодолел последнюю ступеньку и поплелся в центр. Важная персона, учитывая то, с какой скоростью все разлетелись в разные стороны. Очевидно, он был хозяином этого заведения.
-Дамы и господа, - голос его был охрипшим и тихим, поэтому следующие слова он произнес, напрягая все свои голосовые связки, - в этот торжественный день, у меня есть для вас значимая новость.
Издалека он смотрелся потасканным жизнью стариком, не более. Он не вызывал в себе опасения или страха, но на его ум могли приходить разные вещи, жестокость которых ограничивалась лишь фантазией. Помню, как отец боялся его, как искал деньги и по итогу продал квартиру. Лицо отца в те дни я помнила до сих пор, черные круги под глазами, превращающиеся в мешки и бегающие глаза, как у душевнобольного. Внешность не определяет внутреннего содержания, поэтому забываться перед стариком не стоит.
Толпа замерла, в предвкушении последующих слов. Виктор напрягся, от чего внутри поднялось легкое волнение.
-Мои года уходят, и всё это великолепие, - ладонь мужчины окинула стены, после чего упала вниз и повисла на плече, слегка раскачиваясь, - я оставляю человеку, который стал для меня сыном.
Во рту образовался горький привкус, но был он не от шампанского, а он отвращения. Сложно было представить человека, который стал для него сыном. С радостью бы посмотрела на него, но мужчина покинул центр зала. Люди начали перешептываться, изредка ахая от удивления. Для них эта новость стала венцом всего балла, и они спешили поделиться предположениями с окружающими.
-Ты знаешь, кто этот человек? – поддалась всеобщим волнениям, обратившись к Виктору.
-К несчастью, да, - он сделал глоток шампанского и поставил его на подставку.
Виктор как обычно не спешил делиться со мной своими чертогами информации, и поэтому складывалось впечатление, что он что-то не договаривает. Знал он, безусловно, много, от чего его значимость росла перед конкурентами казино.
Оркестр продолжил зазывать людей на продолжение балла, и они резво понеслись танцевать. Поскольку танцы мне не грозили, да и представления уже закончились, я полагала, что пора бы выдвигаться обратно домой.