-Что будет через два месяца? – задорно вникла в разговор, надеясь, что сейчас мне все растолкуют по полочкам.
В конце концов, я была виновницей всей этой шумихи, и что-то утаивать от меня было уже выше всех высот. Мужчина переглянулись, и уставились каждый в свою кружку.
Грустно выдохнула и уселась рядом с ними. Повисла тишина, под которую все ужинали. Почему то в такие фрагменты я ощущала себя призраком, стоило подать голос, как все затихали и делали вид, что меня не слышали. Словно не обращая на меня внимания, из моей памяти выветрятся обрывки фраз.
После ужина, Виктор сообщил, чтобы я садилась в машину. Дед Саша кинул на меня последний взгляд, и удалился в одну из комнат, включая телевизор на всю катушку.
-Мы тут не останемся? – поинтересовалась, когда Виктор завел мотор.
-Нет, слишком опасно.
Дорога из деревни извилистой лентой привела нас прямиком на дорогу, рядом с небольшим городком. Признаться, ориентировалась я плохо, учитывая, что кроме родного района, я мало где бывала. Даже столица заканчивалась для меня дорогой от одного казино до дороги на съемную квартиру.
Телефон Виктора зазвонил, и машина съехала на обочину. На дисплее телефона светилось имя, которое в скором времени будет преследовать меня в кошмарах – Леонид. Виктор хотел выйти, но заметив, что я собираюсь вместе с ним, остался в салоне. Мне не хотелось докучать, но слишком много недомолвок кружилось около меня, и с этим поры было заканчивать.
-Да, - мужчина нажал зеленую кнопку, и прислонил телефон к уху.
-Виктор, рад, что ты ответил, - динамики на телефоне были достаточно громкими, поэтому голос Леонида был слышен отчетливо. – Хотелось бы обсудить с тобой один момент.
Виктор усмехнулся, откидываясь на кресло, и закидывая руку за голову. Он ждал этого звонка, видимо, Леонид не смог забыть моё лицо, и вскоре докопался до правды. Немощный старик был не настолько глуп, чтобы позволять водить его вокруг пальца.
-Твоя девушка, Юля, - на той стороне трубки мужчина растягивал каждое слово, особенно мой псевдо имя, ему доставляло это особое удовольствие, - показалась мне весьма знакомой.
-Что дальше? – Виктор нахмурил брови, ему не нравилось манера босса растягивать диалог, но всё же он не отключался.
-Моя память не позволила мне сразу вспомнить, где я её видел, - Леонид был в не себе, это было слышно по низким ноткам в голосе.
-Теперь вспомнили? – перебил его.
-Да, Ромашова Ирина, ты всё же её поймал, - старик, прокашлявшись, продолжил. – Не знаю радоваться мне теперь или нет.
Виктор повесил трубку, видимо, он желал убедиться в том, что Леонид не оставил меня в покое, и докопался до истины. Телефон полетел на асфальт через открытое окно, после чего машина тронулась в путь.
Ночью Виктор притормозил у отеля, с намекающим названием «Красная лилия». Сбоку от здания стояли девушки, перепрыгивая с одной ноги на другую, в попытках согреться. Легкие платье не спасали от ветра, только вздымались вверх, оголяя ноги до треугольника трусов. На одной из них были надеты черные чулки с подтяжками, которые стало видно при новом порыве ветра. Они начали шумно перешептываться друг с другом, когда фары Мерседеса потухли.
-Пойдём, - Виктор вышел из машины, и взял меня за руку.
Видимо, такой жест был сигналом того, что девочкам стоит оставаться на своих местах, и не терять зря время.
Холл отеля не отличался богатством, как и прошлый, в который Виктор силой меня заталкивал. Мы поднялись на третий этаж в номер, когда Виктор заказал еду.
Хотелось верить, что в Красной Лилии умели готовить, но как только еды оказалась в номере, это надежды были опровергнуты. Виктор поковырял вилкой салат без энтузиазма, и отодвинул от себя еду. Кушать не хотелось, и, поймав на себе вопросительный взгляд, пожала плечами. Он не стал настаивать, учитывая, что собак в своём доме он кормил намного лучше.
Отвернулась от мужчины, и быстро разделать, соорудив перед собой штору в виде уголка пледа, натянутого от кресла одной рукой. Постель была двуспальной, так что мы разлеглись по разным сторонам, не соприкасаясь друг с другом. На душе стало невыносимо тоскливо, а телу холодно, теперь я была не против тяжести мужского тела на себе, и крепких объятий.