Джеральд писал сценарий по одному из ранних романов. Перепечатывать ничего не требовалось, и Урсула с головой ушла в учебу. Но весной Джеральд взялся за новый роман. Иногда название приходило к нему сразу, на первых страницах. Как и в этот раз. Книга называлась «Впроголодь».
После отъезда Сары отношения между супругами немного наладились. Хоуп была целиком поглощена школой, вечером постоянно оставалась на дополнительные занятия, так что сближение — если это можно так назвать, — по всей видимости, объяснялось просто: Урсула и Джеральд больше времени проводили наедине. Кроме жены поговорить было не с кем, и Джеральду волей-неволей приходилось общаться с ней. Неприязнь, которую он раньше демонстрировал, куда-то исчезла.
В одно раннее утро, когда Урсула смотрела на видео лекцию об итальянском Возрождении, Джеральд вошел в комнату и уселся рядом. Фильм кончился, и муж начал задать вопросы, явно заинтересовавшись. В другой раз он начал расспрашивать о курсах, которые Урсула посещала в Ильфракомбе. Урсула опасалась насмешек и предположений, что она выбрала историю искусств только из-за Эдуарда Акенхэма, но Джеральд ничего такого не сказал.
Урсула пыталась понять, что означает это неожиданное внимание — разговоры за обедом, проявление заботы (муж даже спрашивал ее о самочувствии!). Может быть, пришел возраст и Джеральд смирился с ней и своей судьбой? В мае ему исполнится пятьдесят восемь. Скоро дети разъедутся, и они останутся вдвоем.
Первую главу романа «Впроголодь» Джеральд вручил Урсуле дождливым мартовским днем. Из-за ливня она не пошла на обычную прогулку по пляжу, а села за машинку. И тут — не сразу, где-то к концу второй главы — она начала понимать, что он с ней сделал. Даже сейчас, тринадцать лет спустя, она вспоминала об этом с той же, доходившей до тошноты, болью. Она читала историю мужчины, выбравшего себе в жены наивную девочку из пригорода, чтобы та родила ему желанных детей.
Роман начинался с того момента, когда эта девочка — Уна — превратилась в глуповатую женщину средних лет. Уна была замужем за выдающимся музыкантом, творческим, преуспевающим человеком, и, поскольку сама вкусом и талантом не обладала, решила повысить свой интеллектуальный уровень. Первые главы повествовали о странностях академической жизни семидесятых — начала восьмидесятых, о нелепых темах дипломных работ, низком уровне технического образования, о вечерних секциях восточных единоборств и загадочных кружках, об образовании по почте и по телевидению.
В главах о прошлом рассказывалось о детстве героини: Уна, единственная дочь богатого владельца магазина, избалованная, невежественная, не знающая жизни девушка, росла в Голдерс Грин. Как-то она выбралась на концерт — и встретила будущего мужа, того самого композитора, который присматривал себе физически здоровую и не слишком требовательную жену.
У них родились двое сыновей. Они жили в северной части Лондона, в Хайгейте. Уне было не о чем беседовать с мужем и его такими же начитанными друзьями. Вдобавок, вопреки его ожиданиям, она оказалась плохой поварихой и домохозяйкой, а с ролью матери и вовсе не справлялась. Зато ее претензии росли, и, когда семья переехала в Сомерсет, Уна стала думать, как получить высшее образование и догнать мужа.
Добравшись до этого места, Урсула встала, пошла в кабинет к мужу и потребовала объяснений.
— Сперва сама объясни, — возразил он. — Я не понимаю, в чем дело.
Она так и сделала. Он все отрицал. Уна — брюнетка, ей сорок шесть, а не сорок три, как Урсуле, живет в Сомерсете, ее муж — композитор и моложе Джеральда, у них сыновья, а не дочери.
— Все равно она списана с меня, — настаивала Урсула.
— Чушь!
— Зачем ты это сделал? Вернее, делаешь, — уточнила она.
— Это делаешь ты, а не я, Урсула. Впрочем, ничего удивительного: люди часто сравнивают себя с персонажами книг, а еще охотнее утверждают, будто послужили прототипами. Почему, не знаю. Наверное, из тщеславия. Тщеславия и жажды оказаться в центре внимания.
Урсула просила его не публиковать роман. Джеральд смеялся и повторял, что это игра ее воображения. Спасибо, хоть изменил имя героини с «Уны» на «Имоджен» — ведь из английских женских имен только «Урсула» и «Уна» начинаются на «У». Еще сделал Имоджен бездетной, и теперь она училась на социолога, а не на искусствоведа.