Но на степень натянутости легенды как я понял, смотреть пока было особо некому — все заинтересованные лица в теме. Даже несмотря на пошатнувшиеся позиции Мэйсона-старшего, уехавшего в Москву на время, в Алабаме как я понял везде у семьи были свои люди. В Тускалусе так вообще мэр города — родственник близкий.
Дэвид взял паузу, ожидая комментариев насчет Тускалусы как места базирования. Я отвлекся от личного дела одного из белых наемников, которое начинал читать уже в третий раз. Задумался. Сначала хотел если на зарубить, то возразить подобному варианту — так далеко от побережья.
Но после некоторого размышления даже поднимать вопрос передумал. В принципе, это нам даже больше подходит. Все же в первых рядах защитников от вторжения — когда оно начнется по-взрослому, а не в тестовом режиме как сейчас, я бы не хотел находиться. К тому же неплохим аргументом в пользу Тускалусы оказалось то, что на «охраняемом» ранчо уже находилась небольшая часть отряда и туда в самое ближайшее время должны были доставить первую партию ручных гранатометов M79. Тех самых — ружейного типа, переломных и однозарядных, в моем мире знаменитых по картинкам из Вьетнама (в этом мире во Вьетнаме войны не было) и тем, что делают при выстреле весьма скромный и негромкий звук «плюмп».
Из гранатометов я бы, конечно, предпочел российские РГС-50. Но отсюда, из Конфедерации, я их только на картинке мог посмотреть. Кроме того, Дэвид обрадовал меня, что уже предварительно договорился насчет поставки «супербазук» — тех самых, которыми при нас чуть было торговое представительство не раздолбали. Причем триста выстрелов нам выделили только для тренировки, потом Дэвид обещал договориться о более приятном количестве.
У меня по ходу обсуждения возник вопрос по законодательству — мы все же, пока, охранная фирма. Если с М79 все было понятно, их по документам поставки провели как коммерческие ракетницы для фейерверков, то насчет «супербазуки» у меня возникли сомнения. Но как оказалась именно поэтому и выбрана Алабама — Дэвид божился, что если будет запрос, нам и танки получится выбить.
Насчет танков он приукрасил, думаю, но смысл я понял. А супербазуки нам кстати поставляли в обход всех законов, при этом проводя их как «средством для борьбы с вредителями». Услышав это, я задумался, и после по здравому размышлению удивляться стал меньше. Все же времена изменились: зона отчуждения вокруг побережья превращалась в новые пустоши — еще немного, там по прогнозам скоро новый Дикий Запад настанет.
Кроме радующего глаза и сердце оружия, пока меня не было всего неделю, Матвей с Дэвидом успели нарулить машины. Три десятка армейских гелендвагенов с хранения НОАГ, Народной армии Германии, базы которой располагались в некоторых штатах протекторатов материка. Машины хорошие, простые и неприхотливые, но нам неподходящие — о чем я и сообщил Дэвиду.
— Почему? — удивился он, серьезно удивившись.
После его вопроса я отложил личное дело Кристофера Роббинса — белого наемника из африканских ветеранов, которое наконец-то прочитал. Осмотрелся и убедился, что в стеклянной комментаторской кабине лишних людей почти нет. Почти: здесь и сейчас, кроме рассказывающего мне о прошедшей неделе Дэвида, присутствовали Алиса, Кэрол, Ульяна, Матвей и пара его помощников или заместителей. Поймав взгляд Матвея, я намекнул жестом, после чего незнакомые мне люди из кабинета вышли. Когда дверь за ними закрылась, я позвал всех ближе ко столу.
— Как вы представляете себе задачу нашего отряда? — поинтересовался я, оглядывая рассевшихся за столом столь неожиданных, если вдуматься, самых разных соратников. — Давайте по очереди, исходя из имеемых вводных. Матвей, начнешь первым?
Проблемами с выражением мыслей никто не страдал, так что я услышал несколько предположений, суть которых заключалась в том, что наш отряд будет выполнять роль привилегированной пожарной команды, специально заточенной на уничтожения нечисти; а также, что немаловажно — станет инструментом в борьбе за власть Конфедерации, выступая в интересах лояльного Советскому Союзу Дэвида Мэйсона-старшего. Последнее, что интересно, стало сюрпризом только для двоих присутствующих. Для Алисы, и для Ульяны, которая как я заметил откровенно новым взглядом посмотрела на младшего Мэйсона.
— Забудьте, — только и махнул я рукой устало, выдержав паузу. И не удержавшись добавил, усиливая впечатление: — Все херня, переписывайте.
Удивленные взгляды были мне ответом, и я покивал, показывая, что меня правильно услышали и правильно поняли.
После разговора с Бергером и Крамер, после всего того что они нам с Алисой рассказали, я серьезно пересмотрел свое отношение к вопросу будущего вторжения. Но во взглядах соратников сейчас читал… не то, чтобы недоверие. На меня сейчас смотрели так, как будто мне просто надо отдохнуть.