На глазах павшего Короля его регалия развалилась на части, утратив силу. И навсегда лишив Королевство возможности снова обратиться к Основателям. Белокурая имперка отбросила остатки реликта на землю и брезгливо отряхнула руки.
Силы оставляли Логмана. С выдохом он повалился в траву и заметил занесенный над головой ботинок Идеала.
- Не стоит! - остановила его девушка. - В его смерти нам никакого интереса. Он пал уже. Достаточно. Пусть видят его хилость. Хотя он слаб, но любим народом. Не будем заставлять людей грустить.
Мечник опустил ногу на траву и кивком головы призвал несколько подопечных, чтобы взяли проигравшего старца под стражу. Победительница встретила его удивленный взгляд.
- Мы не тираны - не захватим власть, - объяснила она. - Предложим горожанам выбор. Сохраним культуру и традиции… прежде, чем устроим новые порядки. Поток ждет новая заря. Эпоха нового порядка. Начнем ее не с жертв. Нас и так ожидает вымирание, как сотни лет назад.
Взмахнув волосами, девушка развернулась и отправилась в дым навстречу ярким солнечным лучам. В этот миг затухающий разум изможденного Логмана зацепился за единственную нелепую мысль: впервые в жизни он словно влюбился. Пусть и в ту, кто лишила Короля Кассии всего.
Глава 4.4 - Свет Нового Королевства
Тихая ночь захватила Королевский Город. Издалека могло показаться, что обесточенный мегаполис совсем опустел. Застройку до самого горизонта погрузило во мрак. Хотя вокруг Дворца и на многих окрестных улицах было заметно загадочное свечение. А с крупных площадей и среди руин в небеса поднималось умиротворенное хоровое пение.
До этого рокового дня никто из жителей Аджетерона ни за чтобы не поверил, что в столь спокойной обстановке может вестись активная работа по тотальной перестройке всего жилого массива.
К восстановлению Столицы приступили сразу после окончания штурма. Едва жителям стало известно о падении Короны, уцелевшие защитники Дворца сложили оружие. Битва прекратилась. Громовой голос объявил, что Кассия осталась без правителя, но монарх жив. И заверил: Эгеос Перфектум пришел с миром.
Подтвердить это вышли сотни завораживающе красивых мужчин и женщин в скромных белых одеждах. Скромными наряды были лишь в части покрытия тела. Тоги, робы и хламиды едва прикрывали атлетичные сильные тела. Незнакомые воины всем своим видом бросали вызов укоренившимся в Королевстве стилям и модам. Без косметики и каблуков, без пафосных деловых костюмов и причесок, они просто выглядели красивее. И им не требовалось никакое оружие, чтобы представлять угрозу любому вооруженному формированию в городе.
Имперцам не приходилось беспокоиться о редких вспышках сопротивления. Для могучих воинов они были столь слабы и ничтожны, что подавить любое возмущение могли всего парочка Прекрасных. Самая слабая каста светоносцев легко одерживала верх в схватках с рыцарями и стражами порядка, отмахиваясь от их нападок, как от назойливых мух.
Довольно быстро себя проявили и Анимусы, особая группа Прекрасных, кто мог погружать разум в специальные человекоподобные скульптуры. Белокаменные колоссы обладали огромной силой и ростом, что делало из них эталонных воинов для подавления беспорядков в городе. Не менее полезными эти протезы человеческой силы были и в индустриальных работах. Не зная усталости, скульптуры служили и переносчиками, и опорами, и рычагами для разбора завалов.
Являясь самой крупной кастой Империи, Прекрасные заполонили Королевский Город и принялись оказывать жителям всестороннюю помощь. За их работой лично наблюдали двое. Молодая девушка, сразившая Короля, и один из ее ближайших соратников.
Оба сияли в вечерних сумерках красотой, мгновенно застилающей разум любого очевидца. На пару оглядывались все без исключения. Взрослые едва не теряли сознание от восхищения видом девушки с подопечным. А дети не прекращали удивленно вздыхать. Чем младше было дитя, тем проще было ему сохранять рассудок при виде сияющих.
Впрочем, саму белокурую иномирку пристальное внимание лишь раздражало. К тому же, ей не нравилось, что люди отвлекались от работы. Даже ее собственные подопечные при каждой возможности старались выловить взгляд Святой и поприветствовать. Многие из них видели ее лишь издалека и все еще не успели познать нрав древней правительницы. Поэтому она старалась держаться подальше от скоплений живой силы.
Ее спутник на окружающих смотрел, скорее, оценивающе, с придиркой. Он явно нервничал, пересекая улицы с кровной родственницей. Но держался чинно и спокойно.