- А что если… - робко начала Рина, не поднимая глаз на друзей. - Мы просто покажем им Реликт? Мне кажется, если мы его активируем…
- Исключено! - прервал ее Нортон, проявив легкое раздражение.
- Реликт? - заинтересовался Элиот, одновременно с этим выразив любопытство Мака. - Как мы его покажем? Мы же до сих пор не знаем, как его изъять…
- Не важно! - драматично махнул рукой Нортон. - Я не собираюсь покупать наше влияние сокровищами Дзена. Мы должны заявить о себе с помощью наших собственных знаний и пониманием того, чем мы занимались два года! Только так они увидят именно нашу ценность, как будущих ученых Королевства! А не одну лишь ценность наших открытий.
Элиот переглянулся с Маком и махнул на друга рукой без всякого пафоса.
- Вообще, в этом есть смысл, согласна. Может быть, у тебя и получится все, как ты это представляешь, - задумчиво признала Рина. - Но пока ты не обзавелся сторонниками среди знати, я не собираюсь оставлять тебя одного бороться за признание. И стану первым официальным союзником. Пусть веса у меня и немного, но два студента с яркой идеей уже больше, чем один. Так что завтра я выйду с тобой перед Ректоратом и разделю ответственность за наше открытие.
- Нет, - смутился Райз. - Рина, это…
- Это не обсуждается! - Элиот фыркнул и снова накинулся на плечи друга. - Считай, что это тебе наказание за самоуправство. Завтра мы с Риной встанем перед Ректоратом вместе с тобой. Мак прав. Все знают, что последние два года мы все делали вместе. Мы числимся членами одной научной группы. И если все пойдет не так радужно, как ты представляешь, нас не только отчислят из Университета. Но и запретят приближаться к Башне Хроноса. Так что нас обязывает не только дружеская верность и персональная гордость!
- Ага. Ну, понеслось! - Мак кисло усмехнулся. - Пусть я и не член вашей научной группы и даже не студент Университета, но меня все равно никто не пустит в Дзен, если вас отчислят. Так что я тоже в стороне не останусь. Но не ждите, что я буду особо разговаривать. Просто постою скромно позади вас.
- Ага! Вот и все! - восхищенно заявил Элиот, широко улыбаясь Нортону. - Смотри-смотри на это уходящее солнце! Ты видишь последний закат нашей спокойной не признанной никем научной деятельности. И жизни. Завтра о нас узнает вся Кассия! Как о великий ученых, откопавших величайший секрет всех времен. Или как об обычных лузерах, которые попытались своими скромными умами познать нечто великое и присвоить это себе!
- Не дождутся! - фыркнул Нортон.
Юноша, наконец, позволил себе улыбку и смиренно обнял друга в ответ. Рыжее зарево утонуло далеко за горизонтом. Последние лучики развеялись отражениями в глазах Райза и Элиота. Приятели застыли перед окном с полу опустевшими банками, опьяненные и возбужденные шальными фантазиями о грядущем.
Нортон не был уверен, что завтрашний день обернется для него успехом. Что решение Ректората не похоронит все его надежды и плоды двухлетней тайной деятельности под эгидой Университета. Но он точно не ощущал страха перед завтрашним разбирательством. Чем бы не обернулся следующий день, Райз был готов встретить его и проявить себя на максимум. Ради друзей. И ради того, что он мог подарить этому миру. Ради того, что Дзен Хроноса мог подарить миру. Оставалось лишь заставить весь мир услышать то, что молодые энтузиасты собирались ему предложить.
Глава 2.2 - Зал Порядка
Новый день в Артэссе начинался спокойно, как и все до него. На голубой небосвод снова забиралось яркое солнце, распугивая редкие лохматые облака. В привычное время открывались магазины. А в ночных барах наоборот заканчивались смены, рабочие наводили порядок и готовились хорошенько отоспаться дома. Лишь ремонтные мастерские у портовых площадей не знали отдыха и продолжали латать поврежденные Зовом суда.
И те и другие уже попали в область распространения главных слухов: некий студент, устроивший аномальный очаг прямо в центре Университета, сегодня должен был принять на свои плечи всю тяжесть судебной системы. И по всему Артэссу, от спальных комплексов до офисных центров, народ обсуждал, что именно произошло, и чем это могло закончиться.
Жителей не особо пугала новость о том, что кто-то из студентов умудрился открыть аномалию прямо в аудитории. Чего еще было ждать от массы подрастающих энтэссеров? Куда больше обывателей беспокоил сам резонанс, который это происшествие вызвало в ректорате. Большая часть инцидентов в Артэссе, обычно, решалась тихо и спокойно, за закрытыми дверями. Да и сводились они к выговорам за прогулы или неподобающее поведение. Еще ни разу до этого Университет не созывал всех членов ректората для общего слушания. Даже при условии, что в конечном итоге в происшествии никто не пострадал. Не считая самой аудитории, которая и так обесценилась после Зова.