Эти странные события и решения законодательной верхушки лишь усиливали приток мрачных историй и слухов, поступающих со всего мира. Люди все больше шептались о повсеместном разливе темных веяний, угнетающих разум, о странных машинах, поглощающих человеческие души. И вспоминали старые сказки про эрикриссов, мистических врагов всего живого, обладающих величайшим могуществом и обширнейшими знаниями о том, как это могущество применить.
Даже сам Нортон, прекрасно осведомленный о причинах сегодняшнего разбирательства, забеспокоился перед слушанием. Поневоле юный энтузиаст все больше задумывался о том, не переступил ли он черту? Юноша провел ночь без сна, вспоминая свой эксперимент и его последствия. С холодной головой он по-другому взглянул на результаты и даже ужаснулся. В конце концов, ему и правда шутя удалось контролировать просто чудовищный объем энергии и вернуть его туда, откуда он появился. Масса рейкора, что вырвалась из разлома, могла бы легко затопить весь Университет и за секунды исказить его аномалиями самого дикого уровня. Но в тот момент главный экспериментатор не только был уверен в своих способностях, но и в действительности ими владел. Лишь спустя несколько часов до Нортона дошло, какой невероятный трюк он провернул, даже не задумавшись и без малейшего напряжения.
- А ведь такими силами… обладали эрикриссы, - проворчал Нортон, прислонившись к окну машины на заднем сидении. Его взгляд задержался на верхушке Дзена Хроноса, который был едва виден отсюда.
- М? - его бормотание услышал сидящий рядом Элиот. - О-о-о. Тебя опять понесло? Дружище. Мы это уже обсуждали. Много раз. То, чему мы там научились, особенно ты, никак не похоже на то, что творили эрикриссы.
- Но откуда нам, на самом деле, знать, что именно и как творили эрикриссы? - продолжал Нортон тихим голосом, пропитанным едким сарказмом. - Такие силы, такая мощь, знания - все это инструменты, которые, по слухам, подвластны лишь эрикриссам. Существам крайне хитрым и изворотливым, способным втереться в доверие к кому угодно. Внушить любую идею, повлиять на любого влиятеля. И все с одной целью - в конечном итоге уничтожить мир, вернув его в эриад.
- И после вчерашнего ты правда думаешь, что знания в Дзене могут принести больше вреда, чем пользы? - Рина обеспокоенно обернулась с переднего кресла. Она единственная посмотрела на Нортона серьезно, прислушавшись к его беспокойству.
- Я не знаю, - честно признался юноша, бросив взгляд на подругу. Ее естественное откровенное волнение заметно погасило его собственные переживания. Он выпрямил спину и приподнял плечи. - Но на самом деле мы не можем исключать такой возможности. Пусть нам и кажется, что знания в Дзене принадлежат чему-то великому и перворожденному. Это не отменяет того факта, что вся эта благодать заключена в башне, названной в честь одного из самых хитрых и опасных эрикриссов современности. Хронос до сих пор считается величайшим врагом всего Великого Потока.
- Да. Но Хронос был побежден сто лет назад великим героем, - голос Элиота, как обычно, сочился легкомысленным пренебрежением. - Может, эта башня просто была его передовой злодейской базой? Что вовсе не означает, будто мы идем путем главного злодея.
- Вот сейчас вы меня снова пугать начинаете, - нервно заерзал на водительском кресле Мак. Парень вел машину по городским улицам, аккуратно объезжая те из автомобилей, кому не повезло пережить Зов. - Как будто снова не знаете, что именно делаете. Вы же уверяли, что знания в Дзене совершенно безопасны! Несмотря на его титульное название.
- Да расслабься, приятель! - вальяжно протянул Элиот. - Мы как раз сейчас обсуждаем риски и варианты. В стотысячный раз. Именно для того, чтобы не совершить ошибку…
- Вроде открытия портала в эриад прямо в Университете? - иронично усмехнулся водитель.
- Во-первых, Хронос был повержен не сто лет назад, - поддержала неспокойную тему Рина, зажимая руки между коленей. - Всего двадцать два года назад. Во-вторых, разве не считается, что эрикриссы бессмертны? Если честно, я бы не была уверена, что существо его уровня можно так просто уничтожить. И уж, тем более, не стоит относиться небрежно к его наследию! Но…