- Но? - когда девушка замялась, Элиот не упустил возможности, подтолкнуть ее к высказыванию более широкого мнения.
- Но… мы уже два года занимаемся этим. И, если честно, ни разу за это время мне не показалось, что мы делаем что-то плохое или прикасаемся к чему-то зловещему, - честно призналась сокурсница, косясь в окно. - В этом Дзене я не ощутила ничего, что могло бы указывать на злого слугу эриада. И те энергии, с которыми мы работали, это существо… оно…
- Ясно! - усмехнулся Мак, взглянув на Нортона через стекло заднего вида. - Значит, единственный источник зла и проблем, который мы имеем, это наш невежественный друг, который применяет ценные знания не там, где надо, и не так, как надо! Можно успокоиться! Это не заговор великого зла! Это снова все тоже человеческое раздолбайство!
- И я уже готов нести за это свое наказание, - Райз тяжело вздохнул, стойко принимая укор от друга.
Машина подъехала к зданию Администрации Артэсса. Величественное белое строение с колоннами и пышными рельефами служило центром законодательной и исполнительной власти. Все важные для мира изменения и события обсуждались и организовывались именно в просторных залах этого монументального очага закона и порядка. Здесь же располагалось и Управление Протекториата. Поэтому Нортон совсем не был удивлен, что на парадной лестнице уже выстроилась группа стражей. И возглавлял их, конечно, сам Сандер.
Заметив его строгий взгляд при выходе из машины, Райз выпрямился, поправил свою куртку на плечах и задрал нос. Со всем присущим его статусу аристократа достоинством юноша направился вверх. Друзья поспешили следом.
- Всей оравой приехали, - усмехнулся Сандер. - Ну, я так и думал.
- Мы своих не бросаем! - решительно заявил Элиот, догоняя Нортона. - Доброе утро, кстати!
- Добрейшее, - напряженно ответил главный страж. - Даже не знаю, что вас ведет: тотальное безрассудство, как Нортона, или отчаянная верность. Ваше появление здесь, конечно, - дело достойное. Хотя бы мне и моим ребятам не придется за вами бегать, когда нам прикажут вас всех взять под арест за пособничество очевидному терроризму.
- Вот как? - Нортон остановился на одной ступеньке с Сандером. Его голос и взгляд мигом охладели, а лицо почти побледнело, будто юноша с головой окунулся в очаг Скверны. - Смотри, как бы вам не приказали приносить нам официальные извинения за столь дерзкое отношение и препятствование научному прогрессу.
- Да-да! - отмахнулся Сандер с ухмылкой. - Не переживай, парень. Что прикажут, то и сделаю. Я, в отличие от тебя, знаю свои обязанности и четко осознаю границы. И, между прочим, для отстаивания своего мне не требуется поддержка из друзей.
- Мы здесь по своей воле, главный протектрон! - гневно сверкнула глазами Рина. Ее звонкий голос прозвучал, как пощечина. - Нортон и так постарался не привлекать нас к этому делу. Но мы настояли на своем участии…
- Конечно! - Сандер махнул рукой в сторону входа и пошел вместе со студентами наверх. - Сейчас вы все делаете правильно, с честью и достоинством. Пришли взять на себя ответственность, поддержать друга. Я не спорю, в этом плане вы, ребята, молодцы. Но не проще было ли проявлять свой героизм, просто НЕ совершая очевидных провокаций и НЕ нарушая правила?
Он специально выделил каждое отрицание и оглянулся на молодежь. Ребята рефлекторно опустили глаза. Со своим ростом Сандер выглядел единственным взрослым в этой компании. Почти на голову выше парней и на две - выше Рины. Он заметно выделялся комплекцией среди подчиненных, что было естественным следствием генетического наследия его рода еще до обретения энтэссенса. Хорошая родословная обусловила не только огромную силу, но и важное место в рядах Протекториата. Хотя, как оказалось, далеко не всем членам семьи доставалось подобное физическое преимущество.
- Ладно, ребята. О своем поведении подумаете позже. После слушания, - смягчил давление Сандер. - Постарайтесь выглядеть настолько же виноватыми и пристыженными, как сейчас. И тогда, скорее всего, отделаетесь легким штрафом и общественными работами. Или схватите билет из этого мира без права на возвращение, если будете вести себя, как Нортон.
Райз полностью проигнорировал комментарии стража и вошел в центральный зал с невозмутимым видом. Стоило отдать должное, его лицо не дрогнуло даже, когда на юношу устремились десятки взглядов беспокойной толпы. Масса внимания, преисполненная осуждением и недовольством. Множество взрослых, родители других студентов, столпились в холле в ожидании слушания. Каждому из них было важно лично удостовериться, что нарушитель порядка понесет достойное наказание. Увидев вместо мрачного злодея обычного, но высокомерного второкурсника, большинство аристократов сами приняли столь надменный и пафосный вид, что даже Райз со всей своей выдержкой снова начал казаться ребенком. В этот момент юноша от всей души поблагодарил про себя друзей за то, что сопровождали его. Терпеть столько осуждающих взглядов, не теряя лица, ему оказалось сложно.