– И – кто будет спонсором? – спросил Василий.
– Кризисный семейный центр. Они будут платить в месяц за выход одного фильма и за его повтор… – и Горин озвучил сумму. – Как вы считаете, Галина Павловна? Это нормально?
– Ну, если считать, что изначально этот проект вообще замысливался как бюджетный, а не коммерческий, то, конечно, я могу только поприветствовать то, что он будет приносить деньги! Мы были бы рады и гораздо более скромной сумме, а тут – такой приличный доход! Ай да Даша! Редкое сочетание таланта и коммерческой жилки.
– На самом деле так и должно быть! – вдохновенно заговорил Василий. – Творчество должно приносить деньги! И я, как режиссер и автор проекта, разумеется, думал об этом. Но я хотел сначала раскрутить проект, а потом обратиться к помощи продюсера, да хотя бы к нашей РКС, я не думал, что можно вот так, с ходу – продать идею.
– Да, Дарья удивляет нас снова и снова, – подхватила Любовь Марковна. – Помню, не так давно мы обсуждали ее достоинства как ведущей, и вот мы открываем в ней все новые качества: способного сценариста и человека, умеющего продать свой талант. Но меня беспокоит вот что… Этот проект – это должна быть свободная журналистика, свободное творчество! Смысл проекта в том, чтобы, невзирая на посулы и деньги, говорить неприглядную правду. А если мы будем зависеть от денег спонсора – не ограничим мы себя рамками? Не отразится ли это на творчестве? Ведь если наши фильмы будут проигрывать фильмам наших коллег из других регионов – нас не спасут никакие деньги.
Все обернулись на Дашу.
– Нет, Любовь Марковна, успокойтесь, – возразила новоиспеченная сценаристка, – на творчестве это не отразится. Спонсор сам понимает, что если фильмы будут убогие – никто не будет их смотреть, упадет зрительский интерес, а потому и вложенные в низкокачественный продукт деньги не отработают. И как автор ограничена я не буду в полете своей фантазии. Ведь спектр деятельности кризисного центра настолько широк, что туда могут попасть любые темы, связанные с внутренним миром человека. Напротив, я еще жду помощи от специалистов центра в том плане, что они будут подкидывать какие-то сюжеты из своей практики.
– Хорошо, подводим итог, – кивнул Горин. – Итак, у нас есть сценарист проекта, есть первый сценарий, с которым после внесения редакторских правок можно начинать работать, даже есть спонсор, чего мы никак не ожидали, но – рады! Василий, ты определился с оператором? Кто будет снимать фильмы?
– Егор Бахтин.
– Егор? Хорошо. Заставки? Компьютерная графика?
– Почти готово. Надо еще…
Но в этот момент дверь открылась, и в кабинет вошли Влад Малинкин, Павел, Дима и Галя.
– В чем дело?! – глаза Горина округлились. – У нас совещание!
– Мы знаем, что совещание, – возразил Павел. – Мы и хотели подгадать момент, когда все руководство будет в одном месте.
– В таком случае – внимательно слушаем.
– Игорь Александрович, мы по поводу суфлера. Вы велели разобраться.
– Да! Эдик, Василий, вы в курсе?
Однако по растерянным лицам главного режиссера и директора телевидения Горин понял, что они не в курсе.
– Ну, что там у вас?
– Игорь Александрович, мы нашли виновника, ну, того человека, который стер суфлер.
– Стер?! Значит, суфлер все-таки был стерт! Случайно или умышленно?
– Умышленно.
– Умышленно? Ничего себе! В каком коллективе нам приходится работать!
– Безобразие! – воскликнула Любовь Марковна.
– Но кто его стер?
– Я стер, – вперед вышел Влад Малинкин.
– А я видела, – подхватила Галя.
– И я там был, – вставил свое слово Дима.
– Ты?! Но – зачем?
– Меня попросили.
– Кто?
– Артем Тарасов.
– Я?! Чего ты врешь?! – заорал Артем, подскочив на месте.
– Спокойно! – крикнул Горин. – Продолжай, Влад. Зачем Артему это было нужно, он тебе не сказал? И что значит – попросил? Что ты – мальчик маленький и не знал, чем это тебе грозит?
– Он сказал, зачем это нужно. Сказал, что надо проверить профессионализм новенькой ведущей, что если стереть суфлер, она наверняка растеряется, и тогда все поймут, что она плохой профессионал и не дадут ей вести новый проект. И что если я не сделаю это, Артем добьется, чтобы меня уволили. Я испугался, я ведь человек маленький, взял – и стер.
– Как это – взял и стер?! – загремел Горин. – Да вы что все – с ума посходили? Что здесь творится вообще? Эдуард, ты, директор телевидения, куда ты смотришь? Василий, что в твоем подразделении вытворяют операторы? Это ты их распустил! Видите ли, он боялся, что Артем его уволит! А то, что я тебя уволю – этого ты не боялся?