Я покинула полицейский участок в каком-то трансе.
Не помогало и то, что я все ещё чувствовала вокруг себя слишком много света, даже сейчас.
Он тянул моё aleimi-тело, пытаясь вытащить его из физического тела. Это сбивало меня с толку, заполняло мой ментальный взор светом, знакомыми и незнакомыми присутствиями и большим количеством информации, чем мой разум мог сознательно обрабатывать.
Я перезвонила Чарльзу после разговора с Мэнни.
Он сказал, что несколько его людей теперь непрерывно наблюдают за штормами по всей планете. Он также сказал, что феномен света, похоже, прибывает, затем спадает, затем снова прибывает, как какое-то пульсирующее, бьющееся сердце, и что симптомы соответствующим образом приходят и уходят.
Когда я спросила, как долго это будет длиться, он сказал, что понятия не имеет.
Когда я спросила, когда именно это началось, он тоже не смог дать точного ответа.
Выбросив разговор с Чарльзом из головы, я забралась во внедорожник и завела двигатель, выехав с парковки и в обратном порядке преодолев дорогу к Старому Городу и отелю. Я завернула к входу, где ждал лакей, готовый взять ключи от машины, примерно в два-сорок пять.
К тому времени, когда я добралась в номер, Энджел выглядела одновременно облегчённой и встревоженной.
Мне не нужно было читать её, чтобы знать, что она говорила с Ником.
Судя по тому, как ощущался её свет, она также гадала, не нужно ли ей с Ковбоем отправляться на поиски меня.
Так что когда я впервые вошла в номер, я в основном ощутила её облегчение.
Через несколько секунд я также ощутила её беспокойство, когда она увидела, как я выгляжу.
Я также уловила проблеск её раздражения, но оно казалось в основном вплетённым в беспокойство, облегчение и что-то ещё, похожее на упадок после долгого расхаживания, адреналина, беспокойства и попыток решить, что со мной делать.
Я видела, как она всматривается в моё лицо и затем выдыхает все это - большую часть, во всяком случае.
- Пошли, - сказала она затем, схватив меня за руку прежде, чем я успела положить сумочку, и потащив меня обратно к двери.
Вспомнив день спа, который она упоминала, я испустила вздох.
- Мы можем просто побыть здесь? - спросила я. - Я в ничто, Энджел... и мне о многом надо поговорить с тобой.
Я взглянула на Ковбоя, который сидел на секционном диване, занимавшем знатный кусок гостиной, и наблюдал за мной с таким же обеспокоенным выражением лица.
- ...И с Ковбоем, - добавила я, все ещё глядя, как он смотрит на меня. - Мне стоит поговорить с вами обоими.
- После, - настаивала Энджел. - Или во время. Если кому сейчас и нужен массаж, Мириам, так это тебе.
- Она права, - добровольно признал Ковбой с дивана.
- Ты говорила с Ником? - переспросила я, хмурясь.
- И с Чарльзом, и с Мэнни, который позвонил после разговора с тобой... и с Дексом, и с Кико, - охотно перечислил Ковбой. - Я так понимаю, мы практически в курсе дел.
Вспомнив ту странную историю с одеждой и лабораторией, я нахмурилась, подумывая сказать ему, что он не знает, затем передумала.
- Ладно, - сказала я, признавая поражение.
Когда я сказала это, Энджел все ещё держала меня за руку и к тому времени уже засовывала ноги в шлёпанцы, сидя на низенькой скамеечке у двери.
- Мне стоит переодеться? - неуверенно спросила я. - Наверное, мне тоже стоит взять свои шлёпанцы... - я повернулась в сторону спальни, но Энджел сильнее дёрнула меня, качая головой.
- Мы тебе их купим.
Я рассмеялась.
- Как будто я купила мало шлёпанцев на Гавайях.
- Ты замужем за чёртовым миллиардером, Мириам. Ты можешь позволить себе лишнюю пару шлёпанцев, - фыркнув, она добавила: - Черт, да они наверняка бесплатно отдадут тебе что угодно в то же мгновение, когда узнают, кто ты.
По какой-то причине её слова ввели меня в ступор.
Я все ещё не привыкла думать о себе в таком плане, или думать о наших с Блэком отношениях в такой манере. Обычно, когда я испытывала преимущества богатства от брака с Блэком, он был со мной. Это всегда ощущалось как его преимущества от богатства, а я просто за компанию.
- Готова поспорить, ты ни черта не потратила на Гавайях, да? - Энджел фыркнула, как будто услышав мои мысли. - Ты, наверное, торчала в его огромном доме и сказала поварам не утруждаться готовкой для тебя, что ты сама можешь себя обслужить. Наверное, ты даже не прокатилась на лодке, вертолёте или ещё на чем-нибудь за все то время, что была там. Наверное, ты даже ни разу не сходила на шопинг. Или даже на массаж.
- Я пользовалась поварами, - пробурчала я. - Не каждый вечер, но когда дядя Чарльз был там...
Энджел расхохоталась, утаскивая меня в мощёный красным кафелем коридор и закрыв за нами дверь - все это, не выпуская моей руки.
- Это была его идея? - она фыркнула. - Или твоя?
Я подумала над этим, стараясь ответить ей честно.
Дядя Чарльз в некоторых отношениях был как Блэк. У них обоих дорогие вкусы. Я припоминала, как Чарльз захотел свежее сашими в первую ночь там. После этого он как бы заправлял нашими ужинами. Нахмурившись при этом воспоминании, я пожала плечами.
- Это странно, Энджел, - признала я. - И это не кажется моим. Особенно когда Блэка здесь нет. Мне не нравится брать вещи, которые мне не принадлежат.
Она кивнула, хлопая шлёпанцами по пяткам и шагая по темно-красному кафелю.
- Я понимаю. Но наверное, тебе пора уложить это в голове. Если только ты не планируешь совершить свой грандиозный побег по-настоящему.
Между тем, когда её слова достигли моих ушей, и тем, когда я их осознала, возникла некоторая задержка.
Затем жёсткая волна боли ударила по моему свету.
В этот раз она была неотступной и такой сильной, что я прикрыла глаза и едва не потеряла равновесие, пока шагала по коридору.
Энджел крепко стиснула мою руку.
- Эй, - её голос зазвучал нежнее. - Прости, док. Это была не лучшая шутка, - помедлив, она всматривалась в моё лицо. - Ты в итоге поговорила с ним? После того, как они уехали от Шипрока?
Я покачала головой, закрывая глаза, но в этот раз удерживая равновесие.
- Нет, - сказала я. - Я говорила с Мэнни.
Выдохнув, Энджел кивнула.
- Я говорила с ним ранее, - произнесла я, чуточку оправдываясь. - Другим способом, имею в виду. Не по телефону. Блэковским способом.
Она посмотрела на меня и кивнула.
Я все ещё ощущала эту мрачную эмоцию в её свете.
- Этого достаточно, Мири? - сказала она через несколько секунд. - Поговорить с ним вот так, имею в виду. Не видя его по-настоящему... не говоря с ним лицом к лицу.
Продолжая шагать и раздумывая над её словами, я ощутила, как эта боль в груди усиливается.
Я вспомнила, что осознала в Нью-Йорке после того, как узнала, что он делал с Рави и Бриком, не говоря уж о той вампирской суке, которую я держала за горло на пентхаусной вечеринке в Нью-Йорке. Я вспомнила то чувство, словно он раздавил моё сердце, словно он залез в мою грудь, раздавил моё сердце нахер, а потом встал передо мной и ждал, что я пойму и прощу его за это - более того, соглашусь с тем, зачем он это сделал.
Я помнила, каким сбитым с толку он был, когда я не смогла этого сделать.
Он был таким озадаченным, что я просто... не могла.
Я помнила, какой загнанной в ловушку я себя ощущала, какой совершенно загнанной в ловушку и утонувшей в его мире и жизни я была. Я помнила, как мне казалось, что я никогда не выберусь, чтобы он со мной ни делал, как бы часто он ни врал и ни пудрил мне мозг.
Я помню ощущение, что я застряла с ним из-за связи.
Я помнила мысли о том, что эта штука для видящих означала, что я в некоторой форме застряла с ним навеки, даже если в итоге перестану его за это ненавидеть.
Вспомнив, как я мерила шагами тот конференц-зал в полицейском участке, я подавила ещё более сильную волну боли в моей груди.
Я помнила, как он кричал в том пространстве, звал меня...