-Да чем тут восхищаться! У меня завтра выходной и я вот что зашел у вас есть этот…
-Пушкин с Гоголем?
-Да!
-Конечно, разумеется, как же не быть! Хотите сверить портреты? У меня и Достоевский, и Лермонтов, все есть! Сейчас, сейчас, - Кот - лов побежал в спальню и вдруг Конорейкин увидел, что у его нового так сказать друга огромный черный хвост.
Конорейкин подавился воздухом и остолбенел.
Алексей Аристархович прибежал со стопкой книг.
-Повернитесь,- попросил участковый.
-Пожалуйста, пожалуйста!
Не какого хвоста и в помине не было.
-А где хвост?!
-Какой хвост?
-Хвост, хвост! Мне показалось, у вас был сейчас хвост!
-Показалось, показалось!
-Чертовщина!
-Я восхищение!- заорал Кот - лов. - Давайте выпьем!
-Выпить?
-Да! А что вы сами сказали у вас выходной! Что же не выпить! Выходной вы имеете абсолютное право!- и странный Алексей Аристархович быстро полез буфет и достал рюмки и графинчик, который почему-то оказался запотевший так словно стоял в холодильнике. И стал разливать.
-Водка?- спросил Конорейкин.
-Обижаете! Какая водка, как можно? Чистейший спирт! Спирт, и только спирт, заорал Кот - лов.
Конорейкин икнул. А тут еще вдруг быстро стемнело.
-Надо разжечь примус!- сказал Алексей Аристархович и побежал в комнату и снова хвост!
Конорейкин зажмурился. Открыл глаза, стоит Алексей Аристархович и светло и без примуса. И снова наливает.
-Пейте, я восхищение!
Выпили.
-Давайте сверим подозреваемых!- сказал Алексей Аристархович. Вот полюбуйтесь на него!- заорал Кот - лов и ткнул в портер Александра Сергеевича. Пушкин - сукин сын! У лукоморья дуб зеленый! Златая цепь на дубе том, и днем и ночью кот ученый там ходит по цепи кругом! А? Какая сила! А? Как точно!
-Я помню про кота!
-Это хорошо! Я восхищение! Кот древнее животное! Обращаться к котам на «ты» это не прилично! Вы как котам на «ты» или на «вы!»
-Ну, на вы!
-Я восхищение пейте!
Выпили.
-А этот, полюбуйтесь на него. Достоевский! Бессмертный! Откройте любой роман Достоевского прочтите любые пять страниц, и вы убедитесь, что перед вами истинный писатель! Читайте! Нет, сначала пейте!
Выпили.
-Теперь открывайте первую попавшую страницу и читайте! Открою по секрету эти наш автор только и спасается!
-Какой автор?
-Черт с ним! И вообще я ничего такого не говорил! Читайте, читайте!- заорал Кот – лов.
Конорейкин стал читать.
-Так дочла она до 19-го стиха: «И многие из иудеев пришли к Марфе и Марии утешать их в печали о брате их. Марфа, услышала, что идет Иисус, пошла навстречу ему; Мария же сидела дома. Тогда Марфа сказала Иисусу: господи! Если бы ты был здесь, не умер бы брат мой. Но и теперь знаю, что чего ты просишь у бога, даст тебе бог». Тут она остановилась пять, стыдливо предчувствуя, что дрогнет и прорвется опять ее голос…..
« Иисус говорит ей: воскреснет брат твой. Марфа сказала ему: знаю, что воскреснет в воскресенье, в последний день. Иисус сказал ей: Я есемь воскресенье и жизнь; веруешь в меня, если умрет, оживет. И всякий живущий и верующий в меня, не умрет вовек».
-Это как? - волнуясь, спросил Конорейкин.
-Да вот так не умрет вовек! Оживет, оживет! Добрые дела, добрые дела оживляют! Верти мне я кот ученый и все знаю и про Лазаря и про Достоевского. Это только идиоты думают, что книжка «Преступленье и Наказанье» обыкновенный роман. А это мой друг Святое Благословенье! Радостная весть, что Антихрист раскаялся, полюбил! Мир спасен, конец света не настал! Да, да, да, а вы что думали, все знаю, и про всех знаю и про вас Конорейкин, знаем, как двадцать седьмого числа вы Конорейкин нашли парализованную Ларису Алексеевну беспомощную на полу! И лично на своих руках отнесли на постель! Я в восхищение! И это после того как были прилюдно опозорены наследником. Но вы на то, не обижайтесь!
-А откуда вы все знает?! – спрашивал захмелевший Конорейкин.
-Да как же такие вещи не знать? Мы были восхищение! Пейте!
Выпили.
-А вот я все хотел у вас спросить!
-Спрашивайте!
-А вот там тогда был какой-то мужчина и женщина. Красивая такая женщина, они все звали ее Марг…
-Маргарита!
-Да!
-Королева!
-Королева?!
-Говорю вам светлая королева. А вы что же не читали «Мастера и Маргариту?»
-Нет, не читал! И «Евгения Онегина» бросил на второй странице и «Мертвые души!»
-А хотите?