И вот моя прабабушка Аннушка, любившая своего последнего ребенка больше всех, как это бывает то и дело подкармливала девочку, лишним кусочком хлеба, чтобы росла маленькая Зиночка. И была у Зины сестра Маруся, на которой многие лежали заботы и обязанности, потому что была самая старшая из детей.
Трудилась Маруся больше всех остальных сестер и братьев, день и ночь в прямом смысле не покладая рук. И вроде как с пониманием относилась, что поначалу и в правда маленькую Зиночку надо жалеть и подкармливать, чтобы выросла Зиночка.
Шли годы и вот ей уже, и пять лет и семь, а мама все продолжала и продолжала баловать свою любимицу. «Сколько можно уже, довольно»- думала Маруся, но нечего не говорила, потому что поведение матери было непререкаемо, потому что, мой прадед Яков выходил из себя, только стоило посмотреть на его Аннушку исподлобья, и говорил на своих родных детей такие вот слова:
«Гады, гады, белогубые! Мать угроблять вздумали?»- и прямо как может коршун с небес бросается на зайца, кидался на своих по сути беззащитных перед ним детей. И никто, никто не смел, сказать матери слова поперек, вроде как бы хорошо, и многие признают, правильно надо мать уважать и кто же возьмется переубеждать. Несомненно, надо, но наверно каждый слышал и такие слова, что надо быть другом своим детям, они некогда не были друзьями, как не стала и Зинаида Яковлевна другом своим детям. Маруся, злясь, что не имеет силы, сказать матери, что она думает, подкарауливала, маленькую Зиночку, и больно и обидно ее попрекала! «Иждивенка, дармоедка! Ешь, ешь, не подавишься! Гадина, гадина белогубая»
И бабушка рассказывает, что было ее так обидно и больно, а жаловаться она, некогда не жаловалась. Она всю жизнь ни на что вроде не жаловалась, только бы чтобы были деньги, но не ради богатства, а чтобы было, что есть, потому, что когда вот Маруся ее страшно обежала и она плакала за избой, ее находила мать и, думая, что вот ее любимый ребенок, наверно с голоду мучается. А как же иначе ведь любит ее мать, и вроде как бы все хорошо, и чтобы вот облегчить страдания Зиночки, давала ее кусок хлеба, чтобы только не плакала. Зиночка кушала и правда вроде забывалась, и становилось легче и страдания и обида уже не казались маленькой девочки такими страшными, и казалась маленькой Зиночки, что счастье это и есть, когда покушаешь. И хотелось играть и веселиться, но только до следующего раза пока старшая сестра ее снова не подкарауливала и не швырялась в сердце обидными словами. «Иждивенка, дармоедка! Ешь, ешь, не подавишься! Гадина, гадина белогубая»
Но не беда у мамы всегда находился кусочек хлебушка для нее. И вот так она всю жизнь будет считать, что счастье это еда, и через кусок хлеба, что никогда не будет выводиться из нашего дома, она пыталась дружить со своими детьми и не понимала и страшно огорчалась, когда ее дети вдруг отказывались быть счастливыми. Вот и теперь спустя семьдесят лет она горюет над нашей кошкой и ходит на базар, и какими только деликатесами не пытается ее накормить. А та все крутит носов, и Зинаида Яковлевна говорит, что надо избавиться от кошки, выбросить на помойку, где живут несчастные кошки, и все ни счастье усатых, потому что они голодные. Но ведь, правда люди, ни кошки и у них могут быть и другие проблемы, ни только иза куска хлеба? И все это вроде знают, ведают истину, а так скупы на добрые слова и порою палкой колбасы хотят завоевать любовь. И вот тогда Зинаида Яковлевна, все наверно себе думала, что все будет хорошо у ее дочери Ларисы лишь бы только в доме был кусок хлеба, и не потому что, она какая недалекая, а потому что….. Да вы знаете почему, просто дружите с вашими детьми!!!
-Наследник, да они все мошенники и самозванцы хе-хе! Едим в Москву!!!
Конец второй части