И вот он уже Ангелочек Достоевского к ножичку и потянулся! За кого? А вот за папку, что мочалкой обозвали! А если Ангелочек тот да не зачахни?! Да, заброди! А если у Ангелочка вовсе не было людского папки? Да же такого, которого можно мочалкой обозвать? И кто тогда ребеночка- Ангелочка отец? А? А где он этот Бог покажите! Хочу видеть, дайте! Что же вы мне все книжки подкладываете? Что наследника во мне «Богатыри» узрели?! И теперь я должен Бога выдумать?! Явить на свет знаменитое вольтеровское, что если Бога нет, его стоит выдумать. И мальчики Достоевского так этим в меня и бросаются. Словно какой в меня камень летит, выдумай, выдумай, выдумай! Тогда вообще страшное дело и получается, что все книги на свете Филькины грамоты. И самая главная Евангелие- сказка!
-И кто Фильки?- тихо спросил Виталик.
- Все мы!- злобно ответил Артур, но опустил голову, словно с какой-то великой надеждой, но в тоже время кулаки держал сжатыми, так словно в сердце его через скорбь рвался страшный гнев. - А если истина? Если истина так страшно предали? Раз распяли Христа и продолжают распинать в сердцах миллионов!- грозно сказал молодой человек и сжал кулаки и в глазах его словно вспыхнул страшный огонь:
-Тогда любой истина имеет право спросить! И ты, все! И если только не побоится, решится, право его истинно станет благословенно! И я разгадаю тайну, все тайны! И открою пути Его, открою, даже если Он не пожелает мне их открыть! А когда открою, все ровно, ты слышишь, все ровно спрошу, да спрошу с самого Господа Бога, и не за Христа спрошу, плевал я на Христа! Я спрошу за деток, за каждую пролитую слезинку как может быть желал того Карамазов Иван в лице Достоевского! Вот именно, что Достоевского! А ты что думаешь, он писал, а сам в стороне был? Нет, писатель все пропускает через себя, а гений и подавно!
И я не принимаю и не когда не приму!! «Мать обнимается с мучителем, растерзавшим псами сына ее, и все трое возгласят со слезами: « Прав Ты Господи!» Не принимаю!! И если страдания детей пошли на пополнение той суммы страданий, которая не обходима была для покупки истины, то я утверждаю заранее, что вся истина не стоит такой цены!» Не принимаю, не принимаю, не принимаю!! Не принимаю Мир и Покой купленный вот тем самым ребеночком.… Как знать, может быть и мной тоже, моим задыхающимся от обиды сердцем, моей слезой!! Да пусть то бунт, но это святой бунт! Ты меня слышишь, святой бунт!! То мне Достоевский его передал! Да, может он того не мог, самого главного, а я смогу! И спрошу! И почему собственно Христос спрашивать должен? Ах, так написано? А если не желаю Христа! А если взять и все переписать, а если взять и не ждать Христа, а если.… Ведь что написано Христос принесет? Опять «спасение», опять разделит мир напополам. Одним уготовит вечное царство, а других навечно в море серы! А кто виноват, что один другого лопает? Сорокалетний бесчестит десятилетнею девочку,- среда, что ль его на это побудила? И я тоже отвечу, что, а что ж, оно в строгом смысле и среда! Но какая среда? Какая я спрашиваю? А? А та самая, что оставил после себя Христос! Тоже мне герой! А что он сделала твой Христос?! Ах, указал путь к спасению? Ну-ну! Он главного так и не сделал, он снова и снова обрек миллионы и миллионы на горе на муки на смерть! И эта новая среда, что принес Христос, может в стократ стала зловещей прежнего мира! И потом браться судить и отправить по-сути не виновных на более страшное?! Он не надежду подарил, он превратил пол человечества в рабов! Сделал рабами миллионы и сбежал себе на не беса, мол, ждите, приду! А я не желаю ждать, не желаю быть рабом! Никогда не был и не буду! И пока буду улыбаться, и травить байки. А когда открою секрет.… Не знаю что, может быть, напишу великую книгу. Моя книга будет дышать дыханием всех гениев русской литературы! Ведь не секрет, что все великие книги не дописаны и тайны их сокрыты! А я открою. Нет, мы все вместе станем открывать. Только представь, это будет великое соавторство. Самое необыкновенное королевство. Королевство литераторов! И под наши знамена встанут миллионы. Я стану мастером! Книга будет моя корона!- Артур улыбнулся. - А если не получиться оживить моих благословенных предшественников моих учителей - великих русских писателей я покорю мир с помощью улыбки и заблуждений и все ровно буду королем. Буду, буду. Я разбужу океан! Подниму бурю! Закачу цунами! Воздвигну новый Эверест!