Женщина тепло обняла Артура и стала его по-матерински ругать.
-Явился, пропащая твоя душа! Совсем забыл! Все глаза проглядела! Приезжает Виталлий и каждый раз без тебя. Но не сержусь, не сержусь, что насупился. Улыбаешься! Проходите! На стол собрать? Голодные с дороги? Да что я спрашиваю. Я борщ сварила, языки проглотите. У вас в городе такого не готовят с домашней сметаной. Ну, раздевайтесь. А ты Виталий, что такой весь грязный?
-С работы мама. Не успел продеться! Тут такие дела!- сказал Виталик и замялся.
-Что?- Любовь Васильевна сделалась серьезной. Что случилось, влезли куда-нибудь? Вляпались, признавайтесь!
Артур достал десять тысяч и положил деньги на стол.
-Это что еще за фокусы?- строго спросила женщина.
-Это на продукты, и вообще!- ответил Артур. - Мы поживем у вас какое-то время. Берите не отказывайтесь, два лба. Нас надо кормить, не обижайте. А вообще дайте я вас еще раз обниму!
И Артур полез обниматься и тепло и нежно поцеловал свою вторую маму в щеку.
-Ну, шельма,- погрозила,- улыбаясь Любовь Васильевна. Знаешь чем мать растрогать! А теперь быстро сознавайтесь, что случилось?
-Да влипли мама!- вздохнул Виталик и сел на стул.
-Решили заработать!- улыбнулся Артур.
-Что заработали?
-Как видите, - ответил Артур, снова залез в карман и достал деньги, которые он приготовил заранее.
-Это спрячьте! Как говориться на всякий пожарный!
-Да, сколько здесь?- испугалась портниха. Бумажки были пятитысячные целая стопка.
-Сто пятьдесят тысяч?
-Святые угодники отродясь у нас такие деньги не водились. И в руках не держала. Подшиваю штаны, ну сарафан скрою. Тысячу заплатят и на том спасибо. А здесь! Хлопцы вы во что вязались? Вы что же наделали?
-Поздно уже Любовь Васильевна. Сделайте, что прошу, не откажите.
-Да куда вас денешь ты мне все ровно как родной! Ой, чувствует мое сердце не доброе.
-Артур криво улыбнулся, у него самого в груди екнуло. Вот еще Любовь Васильевну втянул, всех, близких людей в историю впутал. Если что случиться, если не поправимое…. Даже думать страшно.
Поужинали, легли спать. Артур всю ночь ворочался и заснул только на короткий час, но в это час не знал покоя, приснился ему сон, из детства.
-Смотри, со двора не шагу,- строго сказала мама. Тогда Лариса Алексеевна была красивой девушкой хоть и одинокой. Любовь ее с армянином была трагической словно из мелодрамы. Молоденький солдат из воинской части по соседству с городком, познакомились на танцах, стали встречаться. Риштуни, окончил художественное училище и служил в армии писарем. Он водил свою девушку Ларису в часть «в личную художественную мастерскую» и рисовал с нее портреты. Он полюбил ее с первого взгляда, а когда они стали близки расплакался. Лариса оказалась не девственницей, когда он думал, когда он столько мечтал.… И после открывшегося что-то случилось между ними, они продолжали встречаться и все считали их парой и Риштуни продолжал бегать к Ларисе в увольнительную, но в глубине сердца он для себя все уже решил.
Когда Лариса забеременела и сказала, что у них будет ребенок, Риштуни криво улыбнулся. Он не знал, как быть. Служба подходила концу, а по окончанью службы его уже ждал юридическое право. Сестра юрист мать с отцом преподаватели в Ереванском государственном университете. Мать преподавательница русского и литературы, отец историк зав кафедрой. Они решили, что их младший сын должен быть юристом, и все было устроено. Друзья из Санкт-Петербурга позаботились и обещали, что отличник и художник Риштуни пройдет без экзаменов.
Риштуни уезжал поступать на юридический факультет и говорил Ларисе с сыном на руках, чтобы ждала его. Что он должен объясниться с родителями, что он не собирался ее оставлять, что он обязательно вернется, родившийся сын как-то изменил решения молодого человека. Только вот родители, они ничего не знали, молодой человек все откладывал разговор с ними.
Лариса ждала, месяц другой, а потом взяла маленького Артура, завернуло в одеяло и на самолет: Ростов – Ереван.
Риштуни в Армении не оказалась, он поступил и учился на юридическом.
Большой двухэтажный дом в Ереване стоял все ровно, что не преступная крепость и в этой крепости был свой свод правил и обычае. Ларисе не предложили даже раздеться. Бабка Артура мать Риштуни пожилая властная женщина откуда-то сверху, словно это был приговор небес, не спускаясь со второго этажа, объявила, бросая, словно камень в низ, где стояла Лариса и держала на руках ее маленького внучка первенца.