«-Этот что ли! Да он безобидный, так погреться мальчик пришел!»
« -У чего греться, камин не разожжен!- хрюкнул кабан»
«-Ой!- вздохнула лиса. - Какие вы все-таки! Не далекие! Да сердце он пришел свое поласкать, дух почувствовать. Вспомнить хозяина, его угощение, он себе выдумал, что он его папочка, что когда-то его оставил, и вот вам «индийское кино» отыскался! Мальчик! На самом деле наш господин «серый волк», его терпеть не может! Я сама слышала, как он однажды видел и про себя скривился, что он еще здесь! По-моему, он его терпит, только иза Дикорева! Но что мне до этого! С этим все ясно! Скажите, за что вы на мою голову?! Ну, стащила пару курей у старухи и теперь, навечно с вами в одной позе замертво стоять как цапля посреди болота».
«-Прогони его кабан! Сверкни клыками!- попросил фазан»
-Хрю-ю. Хрю-ю. Иди остуда! Чужой ты здесь».
4.Всю ночь не спал! Не выходили из головы слова лисицы мошенницы! Разодрал бы ее чучело в клочья! Заглянул внутрь, убедился, что нет у нее там ничего, что все она лжет! И фазана, и кабана из двустволки!
-О, хе-хе, все идет по плану, наследник сходит с ума чучелам войну объявляет! Два один в мою хе-хе, пользу!
-Бах! Бах!- раздались выстрелы.
-А - а-а-а! Кто палит?!
И снова!
-Бах! Бах!
-А - а-а-а попал, попал, о мой рог!
-Попал, попал! Я отстрелил ему рог!
-Превосходный выстрел!- выкрикнул Порохов
-Да, ловко я его!
-Еще бы, на шести шаг! У меня не было не малейшего шанса, ну нечего. Рог у меня как у ящерицы хвост отрастет! И я вам хе-хе такую устрою!
-Бах! Бах!
-А - а-а-а!
-Попал, попал! Я ему торой рог отстрелил!
-Просыпайтесь,- стал звать Порохов. Вставайте Александр Сергеевич. Федор Михайлович Михаил Юрьевич приехал. C трофеями! Николай Васильевич, Лермонтов черта подстрелил! За вас ему рога пулями отшиб! Автор, передохните, отложите перо, идите, смотрите, кто к нам приехал!
-Подумаешь! Приехал! Дуэлянт, мальчишка! Отрастут у меня к ночи рога, я вам устрою, сайт знакомств! Развели, понимаешь, «одноклассники!» Ну, ни чего хе-хе, я вам вирус пришлю! Уже запускаю! Все хе-хе еще минута, и обрушиться сеть!
-Скройся!- выкрикнул я, и черт стуча копытами, побежал обратно к себе на дно реки в омут отращивать себя рога, чтобы строить нам новые козни, но мне было уже не так страшно, нет мне было не по себе, потому что, про что еще там черт трепался про какой вирус, какие неприятности? И все же! Да что скрывать сердечные чувства, новое пополнение в нашем «полку» меня воодушевила.
Я все бросил и мы все вышли встречать Михаила Юрьевича.
Лермонтов был как на картине П.П. Кончаловскова: в папахи, с саблей только на коне и с пистолетом в руках. Молодой красивый и усами, и детским лицом, мальчик, который может вызвать на бой великана, бросить вызов обществу, чиркнуть строчку в честь друга поэта и она станет бессмертной.
Михаил Юрьевич лихо соскочил с коня.
-Александр Сергеевич!- покланялся Лермонтов своему герою.
И мне улыбнулся.
-Спасибо вам автор! Полтораста столетия ждал встречи с Александром Сергеевичем!
-Да, что я! Вам спасибо! Вы подложили в топку нужные поленья, и наша печь не остыла, не угасла и через полтора века.
-То было уготовано!- сказал Федор Михайлович.
И мы стали обниматься с Михаилом Юрьевичем.
И только Федор Михайлович был весь серьезный сосредоточенный. - Некогда господа, княжна в опасности, они к ней уже приходили….. Прошу в дом, это надо обсудить! Да Пасхи считанные дни!!
XXII
Когда Щукин ушел,- стал рассказывать Федор Михайлович Достоевский. Адам делал над собой большое усилие, чтобы покинул свое укрытия, и только тогда спустился с чердака, когда дождался, чтобы все стихло, был не слышно мотора приезжавшего автомобиля, а потом еще какое-то время сидел и ждал.
Он был ошеломлен и почти крался, ему все казалась, что они могут вернуться.
Настя продолжала оставаться на полу и плакала.
Адель поднялся, и стоял у раковины и смывал с лица кровь.
Адам подбежал к Аделю и схватил его за грудки.
-Ты, ты!- закричал Адам. - Это ты привел их сюда!
-У меня не было иного выбора. Они пригрозили расправиться с Ольгой, и ее шестилетним ребенком.