Тогда они были в соре, или даже правильней сказать меж братьями разверзлась пропасть недопонимания. Но как Артур мог винить брата, когда знал как тому на самом деле, все, то он однажды пронес, прочувствовал на своем сердце.
Но истина, верил, надеялся Артур, что услышит, что достучится брата и излечит его израненное сердца. Вот и шел к нему. Прежде они никогда не были в соре, прежде Александр почитал, и видел необыкновенное в своем брате. Ведь он единственный кто не оставил его и бабушка Надежда! То было страшно и не должно, то случаться, почему тогда же оно случается? Больше всего Артур боялся, что одно единственное сможет примерить, объединить утраченное и разорванное, то смерть его! Но он верил, надеялся, что не может такого быть! Нет не о себе он, то думал, а о матери своей и младшем сыне ее.
Как свет надежды - луч из облаков была встреча молодого человека отца Александра с девушкой по имени Лариса. Шептали злые языки: « Ты что одумайся, сойди! Откажись! Чудная она, и с ребенком на руках! Черт знает что! Ты молодой, найдешь себе! Не такая жена, должна быть, да и вовсе не может она быть такая женой! И ребенок у нее от не русского! Нагуляла! И тебе нагуляет! Будешь ходить потом моргать!» Но не слушал молодой человек слов тех, с первого мига, он полюбил, Ларису за какую-то прямо детскую легкость и безоблачность. Родители были против! Но истинно, что у судьбы свои тайные задачи.
Их семейная жизнь не складывалась. Привыкший к заботе ласке материнскому уходу молодой человек, встретил, вот что именно ребенка, прозрачность, за которым самим нужно было смотреть, держать глаз до глаз. Придет с работы, нет ее. Черт знает, где она! Вернется. Спрашиваешь, где была, не помнит или сочиняет. Отношения расстраивались, Лариса забеременела. Появилась надежда! Но истинно как не была и не стала она матерью, одному своему сыну она не стала другому.
-Хотели внука! Воспитайте!- говорила Лариса и оставляла на пороге бабки двух годовалого Сашеньку. Малыш плакал, просил матери, бабушка, Надежда подолгу не могла успокоить внука и сердце ее надорвалась и горечь перехватывала дыхание. А потом уже черт знает как, Ларису посадили в тюрьму. Преступление то была забавой, как рассказывал Артур игрой. И воровала Лариса у своих же иза обиды. Поссорится с подругой, уйдет та на службу она залезет к ней домой и обворует ее. Так тогда и вышло. Она унесла набор кастрюль полкило сахара, а у другой подруги соленья. Сложила на тачку и укатила. Были и еще кражи, но все так же, не значительные, походившие больше на хулиганство. Но Ларису с двумя несовершеннолетними детьми на руках все ровно посадили.
Из тюрьмы она писала письма.
«Как, где мои голубочки сизокрылые? Один черненький другой беленький, освободят меня, и заберу, и станем жить вместе».
Лариса пришла с тюрьмы. Какие приходят из этой тюрьмы? Смотришь на все, как во тьме щуришься, идешь как по туннелю на ощупь.
-Здравствуй Лариса!- здоровались знакомые на улице.
-Здравствуйте!
-Как дела твои?
-Хорошо, привыкаю! Кажется, что небо на тебя сейчас свалится так оно не привычно после тюремной камеры, все большое огромное.
-А как ты ходила, проведывала, Сашеньку своего?
-Завтра иду, мама купит гостинцев и иду!
Так вышло, что пока Лариса сидела в тюрьме дом ее обокрали, вынесли все вплоть до вилок с ложками. Возмездие то или черт знает что, но было.
Зинаида Яковлевна одевала на дочь свою большего размера кофту, подворачивала рукава. Юбка по щиколотку в руках пакет с гостинцами, все ровно как бродяжка с узелком, так она пришла и постучалась в дом, где жил ее бывший муж с новою женой.
-Мама, мам к нам тетя какая-то пришла!- встретил Сашенька Ларису.
-Я твоя мама, вот гостинцы тебе принесла!
Мальчик с любопытством посмотрел, испугался и убежал.
И раздавалось из комнаты:
-Мама, мама!
Они все испугались, что Лариса потребует Сашеньку, написали заявления в милицию, участковому, что, мол, так и так, разбивает семью, уголовница!
Больше Лариса, некогда не приходила.
Спустя много лет позвонила она не в трезвом виде и услышала, на линии голос Александра.
-Здравствуй Саша, это я, то мама твоя! – пьяным голосом со слезами, сказала Лариса. - Прости меня сыночек!