– Позвольте не согласиться. Пастельные тона куда приятнее взгляду.
– Верно. Но мои глаза – это не пастель. Посмотрите внимательнее, разве вы не замечаете?..
Грета заправила волосы за ухо, позволяя косому лучу осветить ее лицо, и повернулась к Джеку. Бледные прожилки в светло-сиреневых глазах Греты были похожи на трещины.
– Это стекло. Стекло и больше ничего, – волосы высыпались из-за уха, налезая на глаза. Грета, чье лицо еще секунду назад было темным от обиды, нанесенной ей природой, улыбнулась, как улыбаются люди, чтобы ободриться: – Вы были со мной милы, поэтому я расскажу вам кое-что. Что вы знаете о зрении неферу?
– Лишь то, что вы видите иначе, чем мы.
– Что ж, в этом и есть вся тайна – мы другие. Ваши глаза видят лишь оболочку, а сердце ищет обмана. Но вот в чем дело, – маркиза придвинулась к Джеку и быстро прошептала: – Глаза и сердце слепы: зряча только душа.
Грета быстро огляделась по сторонам, заставляя виться и подпрыгивать букли светлых волос. Убедившись, что поблизости никого не было, она быстро-быстро зашептала на ухо Джеку.
– И так бывает, надо же! – воскликнул Джек. – Совсем-совсем не видите?
– Да тише вы! – маркиза снова огляделась и, заметив, что на нее смотрит Альфред, беззаботно помахала ему рукой. – Как вы, не видим. Совсем-совсем! Хотя некоторые из нас, если очень-очень захотят, видят. Или если очень ослабнут. А после энима наоборот – как вы, видим, а если очень-очень захотим, то не видим. Смотрите, лилак! Ой, опять поломанная! – Грета вернулась к поискам.
Небо загустело, вдоль набережной зажглись фонари, а они все продолжали искать. Наконец, маркиза пожаловалась на холод, и они вернулись в особняк Нур, где их уже ожидал Наставник, пребывая в прекрасном расположении духа. Он поощрял все человеческие страсти, видя в них не слабость, а тягу к познанию, и, заметив в Джеке интерес к людям, – прагматичный интерес ученого-наблюдателя – он охотно давал ему возможность разложить человеческую душу на нотную грамоту. Просидев некоторое время в чайной комнате, где дети пили горячий шоколад с пряностями, Наставник, сославшись на дела, удалился к себе.
Джек предложил подняться на смотровую площадку, где в застекленном павильоне стояли несколько телескопов. Здесь, раскинувшись на диванах, они болтали, казалось, обо всем на свете, но в то же время не касались главного, о чем оба хотели знать. Когда разговор стал постепенно сводиться к односторонним фразам, – преимущественно потому, что оба уже устали – Грета подняла голову к стеклянному куполу, где по-прежнему сияла голубым светом звезда Юй И.
– Хотите, я расскажу вам еще одну историю? – спросила она, поправляя мягкий плащ, заколотый на плоскую фибулу в форме луны.
День выдался богатым на события и разговоры. Джек устал, его тянуло ко сну, но все же он кивнул:
– Пожалуйста. Ваш голос доставляет мне удовольствие.
– Давным-давно, когда созвездие Дракона только появилось на небосводе, жили двое: принцесса И из рода Юй и храбрый воин Солейн. Они любили друг друга и должны были пожениться, когда Юй И достигнет брачного возраста. Но этого не случилось. Когда Солейн вместе со своим войском выдвинулся в Андор, чтобы сопровождать короля в его путешествии на юг, в их краях появился дракон. Он сжигал деревни, разорял города, и не было конца его бесчинствам. Наконец, Верховный жрец обратился к нему и спросил: «Великий дракон, что нужно тебе, чтобы оставить нас в покое?», и дракон ответил: «Соберите всех самых красивых невест на полуострове Яхли, и я заберу их в качестве подношения». Плакали семьи, рыдали друзья и любимые, и постигшее народ горе опечалило принцессу Юй И. Она не находила себе места, видя, как страдают ее люди, и сказала так Верховному жрецу: «В назначенный день на Яхли приду я одна». Как сказано – так и сделано. На третью луну четвертого месяца Юй И, одетая в свадебное платье, сошла с паланкина на полуострове Яхли и стала ждать. Когда дракон появился, он вознегодовал, что Верховный жрец посмел его ослушаться, но принцесса смирила его гнев: «Я принцесса Юй И, королева Севера, вручаю себя и свою жизнь вам, владыка, дабы спасти свой народ». Дракон был поражен храбростью и красотой принцессы и оставил страну, забрав с собой Юй И. Вернувшись с юга, воин Солейн долго искал принцессу. В поисках следа дракона он избороздил всю землю и, поняв, что ничего не может сделать, в приступе отчаяния заколол себя мечом. Его душа вознеслась на небо, присоединившись к созвездию Хамелеона, и продолжает искать принцессу Юй И среди звезд.