При резонансе - очевидно… но высокая вероятность - не тот фактор, которого достаточно… должно быть что-то еще. То, что Брокк проглядел… в полусне, на ледяной доске окна, подсвеченной зимним солнцем, перед ним вновь и вновь вставали узоры старой схемы.
Точка.
Квадрат.
Треугольник… Точка… и треугольник… точка… снова точка в центре треугольника, как… преломление и усиление.
Синхронизация.
Все упирается в синхронизацию. Основной узел, который не могли оставить без внимания… проблема неразрешимая? Или лишь кажущаяся таковой?
Память услужливо подбрасывает вереницы цифр, что легко, как-то излишне даже легко, как бывает только в болезненной полудреме, вписываются в ажурную решетку формул.
Данных не хватает.
И все-таки… теоретически… если исходить из волновой природы… свет как волна и частица… постоянная Планка… нет, не то и не так. Не свет - пламя.
Пламя - разновидность света.
Только в бреду подобная аксиома выглядит логичной. Но Брокк разглядывает ее, берет на руку кристалл пламени, подносит к глазам. Идеальная форма.
…идеальная.
Кристалл… кристалл, конечно, только кристалл… накопитель. И передатчик.
Резонатор.
Брокк рассмеялся оттого, насколько гениальна и проста была идея. Нет нужды синхронизировать бомбы друг с другом. Достаточно каждую уравновесить с кристаллом… с очень крупным кристаллом…
…такой вырастить непросто.
…вырастили…
…полигон и драконы. Взрыв и смерть как следствие. Но все было наоборот. Сначала смерть, потом взрыв как способ скрыть смерть среди иных. Лист среди листьев. Где-то он слышал подобное. В его полусне листья ложились под ноги и рассыпались пеплом. Снизу же, гулким рокотом, огненным шквалом, гремела жила.
Поднималась.
Брокк видел чешую из застывающей магмы, слышал грохот сердца мира, и треск гранитных артерий. Не хватало малости, толчка…
…пробоя.
- Брокк?
Он очнулся за мгновенье до того, как понял, кто именно убил его дракона. И ускользнувшее знание заставило заскрежетать зубами.
Его жена, кутаясь в одеяло, стояла напротив окна, и за ее спиной таяли вереницы цифр, но Брокк их помнил.
- Бумага, - севшим голосом попросил он. - И чернила.
Писал. Спешил, пока сон вовсе не оставит, уже понимая, что память останется, но все еще боясь потерять хотя бы крупицу из того, пришедшего.
Кэри не задавала вопросов.
Принесла чай и свежие тосты. Села рядом, подперла кулаком подбородок, смотри… ждет объяснений и смотрит. Но взгляд ее - не помеха, скорее уж подстегивает.
…если уйдет, то навсегда.
…она должна остаться, и для этого придется спасти город.
Вычертить наново треугольник…
- Я не мешаю?
Она собирает листы, раскладывает их на софе, чтобы чернила досохли.
- Нет. Прости, я скоро.
- Конечно…
…треугольник. Равносторонний.
Правильный.
Высота равностороннего треугольника является его же биссектрисой и медианой… простейшая геометрия. И точки опоры.
Три точки.
- Брокк, - легкое прикосновение к плечу. - К тебе пришли.
- Кейрен? Если Кейрен, то проводи, пожалуйста… - он ловит ее руку и целует. А ладонь в чернилах, наверное, он опять их разлил… или записи размазались, а ей пришлось переписывать начисто. - Если кто с вежливым визитом, то…
- Соврать, что ты не принимаешь.
- Именно, - он все-таки отвлекся, чтобы обнять жену, упереться лбом в ее живот. - Кэри…
- Все плохо, да?
- Я бы хотел сказать, что хорошо, но… если я скажу тебе уйти, ты уйдешь.
…пусть и навсегда, но главное, живой останется.
- Почему ты такой умный, - Кэри взъерошила волосы на макушке, - но при этом такой бестолковый?
- Не знаю.
Кейрен из рода Мягкого олова выглядел больным. Он похудел и без того острые скулы заострились еще больше, щеки ввалились и кожа отливала мертвенной синевой.
- Плохо выглядите, Мастер, - заметил он, разминая руки.
- Могу сказать то же самое о вас.
Кейрен кивнул и поморщился, прижав пальцы к виску. Висок был полупрозрачным с резко очерченными жилами кровеносных сосудов, которые набрякли.
- Мигрень?
- Она. Быть может… пройдемся? Если у вас есть, что сказать.